Лицо де Рев пошло пятнами.

– С чего ты это вообще взяла?! Я вовсе не слабая. Я…

Пока она говорила, Иссиг обхватил ее шею руками.

Брызжа слюной, де Рев вскинула руки и принялась отчаянно царапать Иссига в надежде, что он ее отпустит, но не тут-то было. Ее пальцы приобрели серовато-синий оттенок и начали осыпаться, а следом и губы с кончиком носа. В воздухе повис кисловатый запах. Де Рев распахнула рот – видимо, хотела крикнуть, но наружу вылетело только ледяное облачко. Задыхаясь, я вцепилась в собственное горло, а у нее на шее тем временем сильно взбухли вены. А потом кожа пошла трещинами.

Иссиг был жив, а вот мадам де Рев превратилась в труп. Она промерзла насквозь, упала на пол, и ее лицо раскололось надвое. Жуткое зеркальце разлетелось вместе с ней. Я робко покосилась на ее тело, на осколки, напоминавшие куски разбитой за ужином тарелки.

Я приникла спиной к стене, борясь с желанием исторгнуть содержимое желудка. Холод просочился мне под одежду, да что там, под кожу, и меня забила дрожь. К горлу снова подкатила тошнота, и мне пришлось отвернуться, чтобы сдержать рвоту.

Эта женщина прожила лет сто, а то и больше, и все благодаря своим выходкам. А теперь ее не стало, и я приложила к этому руку. У меня закружилась голова, а ноги затряслись от шока. Казалось, сейчас они подогнутся, но присесть было некуда. Да и некогда было рассиживаться.

Нужно было что-то предпринять, но я не понимала что. Де Рев играла важнейшую роль в моем плане. Дальше я должна была заставить ее превратить Иссига в птицу – небольшую, чтобы уместилась в клетку. Дальше – уже в кабинете Аластера – она должна была его расколдовать. И мою сестру тоже. И остальных птиц…

Несмотря на всю мою ненависть к де Рев, она была мне нужна. Весь мой план строился на когте, которым она владела.

Беатрис с Хелласом сейчас скорее всего выполняли свое задание и ждали, что я справлюсь со своим. В случае неудачи я вряд ли увижу их снова – вряд ли вообще выберусь отсюда живой. Я помотала головой. Мои задумки рассыпались на глазах.

Иссиг перевел взгляд с растрескавшегося тела де Рев на меня. Он дернулся, натянулись цепи, в камере стало еще холоднее.

«Думай», – приказала я себе. Наверняка найдется еще какая-нибудь лазейка. Я заставила себя еще раз посмотреть на труп. Серебристый коготь лежал на полу в паре футов от растрескавшейся щеки де Рев.

Новый приступ тошноты заставил меня покачнуться. Дыша через нос, я вытянула вперед одну ногу, лавируя ею меж осколков де Рев, медленно подцепила большим пальцем цепочку, на которой висел коготь, и потянула его к себе. А потом перехватила рукой и сжала в кулаке.