— Иди-ка, милая, помоги девушкам воды набрать! — поспешила Яга отправить услужливую девчонку подальше.

Молоденька, лет пятнадцати, холопка поклонилась и быстренько метнулась прочь, видимо за ведром. Зластослава сделала глоток морса и как бы невзначай отодвинула подушку, оценивая величину проблемы. «Проблема» оказалась не такой уж и великой, но и её требовалось решить. Сделав ещё глоток, Ягуся бросила осторожный взгляд на суетящихся девушек, выбрав момент, «нечаянно» опрокинула кубок на пятно и, пока никто на неё не смотрел, старательно растёрла всё по простыням. В коридоре послышались шаги, Ёжка вздрогнула и как можно правдивей воскликнула:

— Ой! Какая я безрукая!

— Что стряслось, княжна?! — вбежавшая в горницу боярыня, чуть не уронила на пол, удерживаемое в руках расшитое каменьями платье.

— Златушка, дитятко, что такое? — донесся в открытую дверь, знакомый старушечий голос.

Вслед за голосом до Яги донеслись шаркающие, но, тем не менее, довольно бодрые шаги и в горенку вошла Улита Гордеевна. С момента прибытия в отчий терем, увидеться со старушкой-ключницей не случилось, и потому-то завидев её сейчас, Злата шмыгнула носом, как маленькая девочка, выпустила из пальцев кубок и, соскочив с постели и всё ещё кутаясь в одеяло, бросилась обнимать. Бабушка Улита был небольшого росточка и чтобы обнять её, девушке пришлось согнуться почти пополам, худые, но ещё крепкие руки с материнской нежностью обняли Ёжку в ответ.

— Я так соскучилась! — всхлипнула Златка, разорвав объятия и выпрямившись.

— Мы тоже по тебе тосковали, Златушка, — погладив девушку по руке и утерев свободным кулачком заблестевшие от слёз радости глаза, произнесла ключница.

— Бабушка Улита, как ты у тебя здоровье? Не хвораешь? — всполошилась Бабка Ёжка, придирчиво разглядывая сгорбленную фигурку женщины.

За старушку, бывшую когда-то кормилицей царя Кощея, Злата переживала сильно. Шутка ли?! Бабушке Улите этой осенью сто третий год будет, а когда царь Всеволод передал ей для забот новорождённого наследника, молоденькой крестьянской девчонке осемнадцать стукнуло, сама два года как отневестилась и полгода как матерью стала.

— Да что ты! Я же можно сказать помолодела! — рассмеялась старушка. — Шибко мне твои снадобья помогли, ни одна хвороба не цеплялась за зиму, да и немочи старческие тревожить перестали. Спасибо тебе, девочка моя!

— Вот и славно! — радостно заулыбалась Яга в ответ. — Я пока тут гостить буду, ещё сварить постараюсь.

— Княжна, да что случилось-то?! — не выдержала любопытная боярыня, обрывая разговор с ключницей.