— Я столько лет боялась тебя, — задумчиво повторила Евдокия. — А ведь я сильнее тебя. Я знаю правду, ты почти лишен сил. Ты добывал их, убивая… И длил себе жизнь так же…

— Не смей, — приказал князь, явно еще уверенный, что его приказ подействует. Но Евдокия лишь склонила голову на бок.

— Если река может выйти из берегов, то почему не могу я? — спросила она.

Она прикрыла глаза. Ростислав замер. Сжал зубы. На висках его проступили вены. Но он не дрогнул и не упал.

— И все? — прохрипел он. — Ты плакала над смертью какого-то мальчишки? Тебе было одиноко и страшно? И это должно меня впечатлить?

Евдокия растерянно моргнула.

— Ты выполнила свою задачу, — тяжело дыша, сообщил князь. — Прощай, дочь моя.

И он ринулся туда, где лежал кинжал, подволакивая прокушенную Яковом ногу, но вдруг снова остановился и взглянул вниз. И теперь вскрикнул уже по-настоящему испуганно. Демьян тоже посмотрел. Ступни Ростислава по щиколотку обросли камнем.

— Что это? — в ужасе выдохнул он.

— Ты хотел меня видеть, — разлился по залу спокойный женский голос.

Демьян повернулся к трону. Рядом с ним стояла мама. По-царственному спокойная и величественная. Она не успела уложить волосы короной, как носила уже давно, и впервые за много лет Демьян снова увидел ее с косой, перекинутой через плечо. На ней был простой хлопковый домашний костюм, но даже в нем она сейчас смотрелась так, что никто бы сейчас не усомнился: перед ними царица. Ни разу в жизни Демьян не видел ее в Нави. И, кажется, умудрился забыть о том, что она не просто его мать и жена его наставника.

Василиса обвела взглядом зал, и Демьян мог поклясться, что на несколько секунд она задержала его на нем.

— Так тебе незачем меня искать, вот она я, — продолжила она, вернув свое внимание Ростиславу. — Присоединилась к своему мужу, как и положено верной супруге.

Камень пополз выше и закрыл собой ноги Ростислава по колено. Он покачнулся и упал бы, если бы смог, и Демьян с ужасом понял, что камень не просто покрывает его ноги — это они сами окаменели.

— Ты не можешь, — прохрипел Ростислав.

— Разве? — спросила Василиса, и камень пополз выше, дошел до бедер. — Ты насмотрелся на меня, княже? На моих детей? На моего мужа?

— Прекрати… Чего ты хочешь?.. Я дам тебе…

— У меня уже есть все, что мне нужно, — перебила Василиса. — Осталось лишь снова сделать так, чтобы моей семье ничего больше не угрожало. Аудиенция окончена. Прощайте, княже.

И она топнула ногой.

Дальнейшее обращение произошло мгновенно. Так быстро, что, наверное, князь даже не понял, что произошло. И тут же его статуя пошла трещинами и распалась на куски, куски обратились в песок. Откуда-то налетел ветер, и песок разметало по каменным плитам зала. Евдокия опустилась рядом с ним на колени. Дрожащей рукой дотронулась до того, что осталось от ее отца. Потом перевела испуганный взгляд на Василису. Наверное, ждала, что сейчас ее постигнет та же участь. Но Василиса и не думала про нее. Она сбежала вниз и направилась к Злате и Яше, которых снова стало видно. Порывисто прижала дочь к себе.