– Сораса, – с набитым ртом ответила Корэйн. – Она все время начеку. Думаю, ей не нравится сидеть взаперти в замке.

Нахмурившись, убийца оглядела зал.

– Ты права. Слишком много возможностей. И если Дом не вытащит Осковко из постели, это сделаю я.

Корэйн озорно ухмыльнулась.

– Сомневаюсь, что принц будет против.

Стоящий в коридоре Дом сердито нахмурился, но Сораса лишь раздраженно покачала головой.

– Лишь бы это помогло делу, – фыркнула она, налегая на горбушку хлеба. – Кто-нибудь видел Сигиллу?

– Нет, с тех пор как вчера вечером она ушла в свои покои с каким-то лордом и леди, – ответил Чарли. Он наконец отказался от своего рагу и отодвинул миску.

Сораса забрала ее, даже не моргнув глазом.

– Всего лишь с двумя? С возрастом она становится ленивой.

По щекам Эндри разлилось тепло, и он опустил голову, пытаясь скрыть свидетельства своего стеснения.

Глядя в свою миску, он водил ложкой по вареву, но Чарли все равно посмеивался над ним.

– Не смущайся, оруженосец, – усмехнулся он. – Без сомнения, рыцари Аскала вели себя не лучшим образом.

– Это точно, – пробормотал Эндри. Достаточно долго служа сэру Гранделю, он знал, кто из придворных делит с ним постель и когда следует стать невидимым.

– Вот как? – подала голос Корэйн, приподнимая темные брови. – Сначала сплетни, а теперь еще и тяга к постельным утехам? Я думала, вы, рыцари и оруженосцы, должны быть благовоспитанными.

– Я… нет… ну… – Эндри смущенно замолчал. Несомненно, многие оруженосцы заводили интрижки, как скрывая свои похождения, так и нет. Подобное запрещалось, но легко можно было найти способ обойти эти запреты.

Правда, у Эндри никогда не возникала такая необходимость.

Пытаясь взять себя в руки, он проглотил ложку кашеобразного рагу.

– Мы должны думать о походе, – чересчур строго сказал он. – И планировать, как справиться с тем, что Таристан оставил для охраны храма.

Он выбрал слишком правильную тему, и тревога омрачила лица всех присутствующих. Даже Чарли перестал ухмыляться. Корэйн тоже отодвинула свою миску и замолчала.