Часть меня хочет отстраниться, защититься, но уже поздно. Все обрушивается на меня, и мне остается только держаться и ждать.

Времени это занимает немного, секунду или две, хотя мне кажется, что проходит целая вечность. Начинается все в моих руках – начинается с тяжести, которая кажется мне одновременно и непонятной и вполне знакомой. Добравшись до моих плеч, она стремительно распространяется на торс, проникает в бедра и ноги и наконец доходит до шеи, подбородка, щек и макушки.

В то же время у меня начинает гореть спина, и это немного пугает, пока я не вспоминаю, что у меня должны быть крылья. Ну, само собой. А затем все это проходит, и я оказываюсь в прачечной Кэтмира в моей ипостаси горгульи – и ничто никогда не казалось мне таким странным. Таким чудным.

Теперь, превратившись в горгулью, я продолжаю держаться за эту нить – но отпускаю ее, когда Хадсон говорит мне отпустить.

– Что не так? – спрашиваю я, когда он улыбается мне. И как же несправедливо, что у меня такой маленький рост, даже когда я превращаюсь в горгулью. Ведь я только что обратилась в камень, так почему же, трансформировавшись, я не могла подрасти хотя бы на несколько дюймов?

– Да сколько же можно жаловаться на малый рост? – говорит Хадсон. – Прекратишь ты когда-нибудь или нет?

– Никогда! – тут же отвечаю я. Но сейчас мне надо беспокоиться о более важных вещах. – Почему я не могу и дальше тянуть за эту нить? – Нет, она не жжет мои каменные руки, дело в том, что мне просто любопытно.

– Потому что я уверен, что чем дольше ты держишься за нить, тем сильнее окаменеваешь. На той стадии, на которой ты находишься сейчас, ты можешь двигаться, ходить и летать.

– А, стало быть, это важно, да? – говорю я. Может, Хадсон прав?

Да, он прав. Я в самом деле могу ходить. А еще танцевать, кружиться и прыгать – так, что трясется пол. И это просто невероятно!

Мне хочется проверить, могу ли я летать – я уже пошевелила своими крыльями, и да, они работают – но с этим есть пара проблем. Во-первых, мы находимся в помещении, и, если я не смогу удержаться в воздухе, мне совсем, совсем не хочется объяснять дяде Финну, почему я либо так ударилась, что потеряла сознание, либо проломила стену.

А во-вторых – которое вообще-то следует из «во-первых», – я понятия не имею, как летать. Одного урока физики полетов определенно недостаточно, чтобы понять, как использовать крылья, даже если они находятся на моей собственной спине.