— Да пошли вы к черту! Оба! Эгоисты хреновы! — на крик уже не было ни сил, ни желания. Кроме одного — хотелось теперь набить кому-нибудь морду. Потому что бить этого задохлика, что стоял перед ним…. — Что вы натворили, скажи мне, брат?! Что вас заносит из крайности в крайность — то люблю-немогу, то… никаких нервов на вас не хватит, — устало закончил он, заставив Севера слегка улыбнуться. Толик он такой — побушует и успокоится.
— Поверь мне, брат, так будет лучше… для нее, — со вздохом проговорил он, снова обернувшись вту сторону, где исчезла Саша. — Ты же не знаешь…
Его мертвенные губы что-то беззвучно шепнули, а он сам снова едва не свалился со скамейки. Толик вовремя подхватил его, усаживая обратно. Нахмурился и набрал номер старшего Зарницкого, который приехал вместе с Севером на поиски Саши. Быстро обрисовал ситуацию, а затем снова повернулся к бледному брату.
— Да уж вижу, как лучше. И кому, — пробубнил он, отсчитывая едва ощутимый пульс на запястье Севера. — Что мне еще нужно знать, Сев? Я видел, как вы оба смотрели друг на друга, и ты станешь рассказывать мне, что после ее побега ваша любовь растаяла, как дым? — он пытливо всматривался в замкнутое лицо Северина, пытаясь отыскать ответы на свои вопросы. — Если бы ты видел, как она уходила сейчас от тебя, то… ни за что не отпустил. Только она снова думала, что не нужна тебе…
как— Толь, достаточно! — слабо запротестовал брат, но Анатолия уже было не остановить.
— Север, не знаю, что тебе там наговорил этот выродок — ее папаша… да, я знаю и об этом, не перебивай! — прервал его возражения Анатолий. — Я не знаю, чем он тебя зацепил, но уверен — делал он это намерено, чтобы поссорить вас, пойми?! Но ты! Ты всегда был на ее стороне, всегда верил только ей, даже когда я утверждал обратное! И знаешь что?.. Если ты будешь дураком, — Толик сжал плечо брата, заставляя его поморщиться от боли, — я сам уведу у тебя Сашу. Будет у меня гарем, так-то! Они с Лизой поладят, уверен…
— Толь, прекрати, — Северин отвернулся, но в последний момент брат заметил, что по его лицу катится одинокая слеза. Потом он заговорил, но его голос звучал как надтреснутый лед. — НЕ в нас дело… вернее, именно в нас, — он резко выпрямился, потирая грудину, словно мог стереть рубцы на сердце, оставленные правдой. Горькой и непримиримой. — Саша… она моя сестра.
— Север?! Ты точно те самые таблетки принимаешь? — рассеянно произнес Анатолий, отбирая из рук брата пустой флакончик. — Ты… сошел с ума? Какая сестра?!
— Получается… единокровная, — с досадой пожал плечами Северин, — если правильно помню… это определение. Ее отец — тот самый мужчина, который бросил беременной мою мать. Они оба признались мне в этом. Так что… и еще вот, — он достал из внутреннего кармана смятый лист, с мелким убористым текстом и какими-то цифрами. — Тест ДНК. Мой и Сокольского. Вчера пришли результаты. На девяносто девять и девять десятых процента совпадение. Он отец… мой и Саши, — голос Севера сорвался, а затем и он сам, наконец, выплескивая не только боль, но и злость на весь мир. — Он. Наш. Мать его, отец! А мы — брат и сестра….