Хлоя вскипела еще сильнее, чего Дауни, собственно, и добивался с самого начала. По правде говоря, его в бешеный восторг приводили такие девушки: взлохмаченные слегка, немного растрепанные (но эта небрежность даже казалась ему прекрасной); со вспыхнувшим на щеках румянцем, который они хоть и тщательно замазывают тонной пудры, а все же изредка самая чувственная краска души пробивается наружу и не остается незамеченной; наполненные злостью глаза… Именно глаза, которые разгораются бездумно, в одну секунду, будто чужая рука поднесла зажженную спичку к змейке разлитой горючей жидкости, и бензин в ту же секунду превращается в удивительное пламя, исчезающее только где-то за пределами черноты зрачка — и они вызывали в нем множество эмоций, и не было сил злиться или вступать в бессмысленный по своей сути спор. Парень готов был вечно говорить необдуманные глупости, только бы как можно чаще отмечать на чужих лицах подобные изменения.

Она думала, что тебя тронет притворная грубость, надеялась вызвать чувство сожаления или раскаяния, а ты, самый настоящий безумец, ждал истинной бури, сокрушительной, беспощадной, уничтожающей на своем пути все, что придется. А тебе и мало — человеку, бросающемуся в самый жар огромного костра, чтобы только слегка согреться и ощутить на мгновение блаженное тепло.

— Зачем ты поступил с ней так? Или скажи хотя бы…

— Как я с ней поступил? — не выдержал Джек, неосознанно повышая голос с каждым словом. — Неужели ты считаешь, что она вечно будет расти, как спрятанный в теплице под замком цветок? Боишься показать реальность — и вот, когда ей самой приходится впервые столкнуться с чем-то подобным, перебрасываешь на других собственную вину. Дети не всегда окружены счастьем, но если так — вряд ли я им искренне завидую. Ведь когда без привычки окунаешься в происходящее — кружится голова, может пойти кровь носом, все, что угодно; потому что ты не готов был к суровости и жестокости окружающего мира. Если в такие секунды с тобой случится несчастье, начнешь всем сердцем винить лежащий на дороге камень или блестящую на солнце лужу; предаст дорогой человек — разочаруешься в людях, уйдешь глубоко в себя и не пожелаешь поверить в то, что есть на этом свете другая любовь и другая дружба, ничем не хуже потерянной. Вот, в чем твоя ошибка, мисс «самоуверенность». Ты дала ей слишком многое, и вот, что из этого вышло.