— Джек?! Джек, ты в порядке?

Брюнет обернулся на крик, все еще знакомый, но уже несколько другой, будто прежде говорили в своеобразный стеклянный купол, а теперь убрали от губ помеху. Робертсон взволнованно уставилась на его лицо, протягивая руку к юношескому плечу и вместе с тем сбивчиво поясняя:

— Просто у тебя было такое странное выражение… Как будто тебе нечем дышать, и ты вот-вот грохнешься в обморок. Да, точно так. Я понимаю, что дыма было много, но ты уже несколько минут не можешь прийти в себя, а только бубнишь под нос хриплым шепотом: «Дышать дышать дышать…»

— Погоди, что за дым? — оборвал ее парень на полуслове, не прекращая облегченно оглядываться по сторонам.

— Выхлопы. Мимо нас проехал автомобиль, и водитель слишком резко выжал газ — это было самое настоящее облако, не поверишь! Как будто в одну секунду все вокруг стало угольно-черным, у меня до сих пор на ладонях остались сероватые разводы, вот, смотри!

И, действительно, вся молочного цвета кожа Рэйчел, вплоть от подушечек пальцев до линии пока еще не проступивших вен, была покрыта какой-то серой пылью, как если бы девочка сунула руки в мешок с золой. Джек все смотрел на это и никак не мог понять, что с ним произошло, и почему именно сейчас, когда и без того сложный разговор должен был подойти к концу. Эта непонятная, но приятная забота… изумила его, заставила на некоторое время забыть суть заданного вопроса, а потому он опомнился только, когда уже одной ногой встал на знакомый выступ крыльца.

— Я правда не жалею, Рэй, — признался он не то рыжеволосой подруге, не то самому себе. — И все помню — каждую незначительную мелочь. Только… тебе это не нужно, понимаешь? Проблемы и переживания — они мешают тебе жить полноценной жизнью. И ты замечательный человек по своей сути, но… самые лучшие всегда заслуживают более прекрасного, нежели остальные, такова их природа. И мне не следует стоять на твоем пути к тому идеалу, который ты вынашиваешь в своей голове — мыслям о замечательном мире и всеобщем счастье, поэтому… Мне это не нужно, Рэйчел Робертсон. И тебе тоже, просто пока ты не можешь понять таких вещей. Прости.

Он выдал все, о чем думал, и скрылся за спасительной дверью, словно ничего и не произошло вовсе. А Рэйчел долго еще стояла напротив чужого ей дома, рассматривая окна и думая о чем-то странном и немного ее пугающем, не замечая выкриков раздраженных пешеходов, бредущих по слякоти улицы.

«Лучшие заслуживают лучшего — забавно, вот только это все скользкая ложь, придуманная теми, кто не хочет разбираться с чужими проблемами и желает отвязаться от ненужных людей. Ты лучший, и я тебя не достоин. Ты лучший, поэтому должен оставаться один, размешивая свое одиночество чайной ложечкой в огромном стакане теплого чая. Почему-то такие люди всегда вынуждены страдать и оставаться наедине с собой слишком долго, чтобы сделать самые неправильные выводы в своей жизни».