Иногда мы обкуривались или нюхали порошок, выпадая из реальности, и пропадали во тьме. Тогда приходила Ливия, словно видение. Она звала, и я выныривал из пучин мрака, задыхаясь от нехватки света. Яркие лучи рассеивали темноту, и та, шипя, скрывалась.

Слэйн, как и я, любила адреналин, жажду скорости и езду по ночным трассам Лос-Анджелеса. Салон заполнял оглушительный рок, ее платиновую шевелюру развивал попутный ветер, когда черная Lamborghini неслась к Тихому океану. Она подпевала известным песням, вызывая на губах широкую улыбку, и выглядела бесшабашной, дикой, опасной. Мы пропадали на закрытых полупустынных пляжах Малибу, нежась в теплом песке, смотрели на звезды и тонули в волнах.

Нашу связь можно назвать одни словом — взаимовыручка. Она разбавляла мой потухший мир, а я разрешал входить и разрисовывать его разноцветными наркотическими красками, не претендуя на большее.

Все изменилось в конце мая, когда наши тела переплетались и сливались в одно целое. Тогда я впервые сорвался, не догоняя, почему она ни разу не стонала, когда мы превращались в угли на песке. Во время процесса Слэйн сдерживалась, выглядела холодной и даже иногда отстраненной, кусая свои губы и пробуждая множество отрицательных ненужных мыслей.

— Кричи, — приказал ей, заглядывая в нежно-голубые аквамарины. Во мне бурлила злость и непонимание, почему она даже не симулирует, как это делают обычные шлюхи.

— Я не могу, — выдохнула слабо Хэйс, отворачиваясь и пряча взгляд.

Я сжал ее подбородок, принуждая посмотреть на меня, и прошипел, с силой оттягивая зубами нижнюю покрасневшую от поцелуев губу:

— Я хочу, чтобы ты кричала. Кричи.

— Я не могу, — повторила блондинка, раздражая и вызывая ярость.

Провел по щеке рукой, а пальцы обхватили горло, чувствуя, как пульсирует жилка. В красивых голубых глазах впервые проснулись зачатки эмоций, когда я склонился и, оскалившись, грубо бросил:

— Тогда не приползай ко мне за новой дозой оргазма и раздвигай свои ноги перед кем-то другим. Твоя дырка ничем не отличается от остальных, Слэйн.

Я оттолкнул ее, резко поднимаясь на ноги. Как же она бесила своим поведением, включая «снежную королеву». Да чхал я на то, что с ней весело и не надо париться, пусть развлекается и подставляет свою киску кому угодно. Смотреть, как она подавляет свои эмоции во время секса, уже осточертело.

— Я не… я не чувствую оргазма.

Я замер на полпути к оставленной поодаль машине и нахмурился, разворачиваясь.

— Что?

— Я ничего не чувствую. Ничего, — пробормотала блондинка, взирая на меня со страхом в глазах. Дар речи пропал, когда мы неотрывно смотрели друг на друга, и я знал, что Слэйн не лгала. Я достал «Pall Mall» и закурил, делая несколько глубоких тяг подряд. Взгляд иногда задевал ее и перемещался на спокойную гладь Тихого океана, в водах которого купалась бледная луна.