– А это что, не прогулка?

– Эй, ну а как же Таймс Сквер, Бродвей, Седьмая Авеню?..

– Сходишь завтра без меня.

Я едва сдерживаюсь, чтобы не взвыть. Я так хотела погулять с ним, так уговаривала его, но все бесполезно. Том не ходит в людные места. Затащить его туда невозможно. Я понимаю, его сразу узнают, и это опасно, но… я все же надеялась на чудо.

Я не спорю с ним. Вижу его страх и тактично не делаю вид, что ничего не понимаю. Просто соглашаюсь – я и так добилась многого. В конце концов, Нью-Йорк – это не только главный проспект и самые популярные места. Мне и так повезло быть в самом центре, тут каждая улица – произведение искусства.

Мы идем вниз, мимо Центрального парка и Рокфеллер-центра. Поднимая голову, я не вижу конца зданий, они сливаются с черным небом. Отовсюду в глаза бросается свет – красный, фиолетовый, желтый. Рассматривая вывески и магазины, я чувствую себя вдохновленной. Если мы заходим в переулки и идем мимо жилых домов, я разглядываю аккуратно подстриженные цветы на крыльцах. Да, на улицах Нью-Йорка очень много мусора, но это огромная часть его атмосферы, и мне это нравится.

Мы ходим долго и почти не говорим. Когда подходим к Чайна-тауну, проходит уже несколько часов и начинает светать. Том предлагает перейти Бруклинский мост и посмотреть на Нью-Йорк оттуда. Я соглашаюсь, но говорю:

– Ну, может, все-таки съездим в Гарлем?

– Белинда, – вздыхает Том, – скажи, ты специально ищешь неприятности?

– Вообще-то нет.

– А мне кажется, что да.

– Неужели там правда опасно?

– Там правда опасно.

Я вздыхаю. Говорю:

– Ладно, – мысленно поставив себе цель когда-нибудь побывать в Гарлеме.

Мы поднимаемся на пешеходную часть моста, там делаем пару фотографий и отправляемся в путь с Манхэттена до Бруклина.

Видя, что Том какой-то невеселый и загруженный, я говорю:

– Эй, Том?

– М?

– Оцени наш секс по шкале от одного до десяти.