Но не успели они втиснуться в бесконечный поток людей, саней и повозок, как на них тут же яростно заорал огромный штабс-капитан:

— Куда вы лезете! Зачем мешаете движению обоза? Нужно в конец становиться.

Бесконечная вереница людей опасаясь нападения, не останавливаясь, двигалась по тесным улицам Омска, минуя центральные улицы города. Омск был переполнен военными организациями и учреждениями, воинскими частями и беженцами. И вот теперь это все сдвинулось с места.

За городом колонну накрыл торопливый сумрак. Зимний день кончился. По всему небу рассыпалась белая россыпь звезд. Но спокойное мерцание звезд не успокаивало. Не успели обозы отойти от города, как раздались отдельные выстрелы, перешедшие в частую перестрелку. Одновременно на западе забухало, загромыхало. Темень отозвалась горьким эхом.

— Переправу рвут, — пояснил солдат. — Чтобы задержать продвижение Красной Армии.

Над обозом нависла темная ночь. В черном небе слепо щурилась Полярная Звезда.

Когда обозы пришли на станцию Калачинскую, возникли всполошенные крики.

— Пожар! Пожар!

Обернувшись назад, Перелыгины увидели, как густые черные клубы дыма взмывали над далеким пожарищем. Огонь то разгорался, то тревожно затихал на горизонте. Зарево выглядело густым и зловещим. Кровавый отсвет пожара ударил в спину.

— Омск горит!

— Город зажгли!

— Это не город — это Россия горит, — раздумчиво обмолвился слева дьякон.

— Нет, это солдаты склады подожгли, — опять пояснил солдат.

Обозы замедлили ход, встали, послышались озлобленные крики:

— Что встали? Трогай вперед, понужай!

Взнузданные кони, изогнув длинные шеи и испуганно косясь, ускорили шаг. Из-под копыт резвых коней белыми брызгами полетел снег.

— Не задерживай обоз! Отходи в сторону!

Люди, затаив дыхание, оглядывались на сполохи пожара. Багровое зарево разгоралось, поднимаясь в небо все выше и выше. Край неба охватило трепетное пламя. Его языки взметывались над пожаром.

Дьякон забасил:

— Господи Боже, Вседержителю, призри на нас, грешных и недостойных чад твоих, согрешивших пред тобою, прогневавших благость твою, навлекших гнев твой праведный…