— Ну, а штыки — то у вас есть.

— Много ли навоюешь ими.

— Господи защити нас! Только на тебя одна надежда.

Красные отступили. Обоз остановился недалеко от станции. И тут Дарья увидела что-то невообразимое.

— Платон погляди туда! — испуганно вскликнула она, указав рукой в сторону вагонов.

Платон посмотрел и обмер. На площадках вагонов грудились голые трупы в самых разнообразных позах. Будто это и не люди, а невесть что лежало.

Между вагонами бродили измученные солдаты в грязных шинелях. В середине эшелона курил папиросу молодой санитар.

Платон направил коня к замерзшему вагону.

— Откуда столько трупов? — спросил он санитара.

— Ты внутрь вагона зайди, казак, посмотри, что там творится.

Перелыгин, спрыгнув с коня, вошел в красный вагон. В холодном вагоне с невыносимым запахом под одеялами лежали одетые в шинели солдаты. По больным, по одежде и одеялам ползало огромное количество вшей. Солдаты тут же ходили под себя.

Увидев Платона, они разом заговорили:

— Помоги! Нас оставили здесь умирать.

— Нам не дают ни лекарств, ни пищи.

— Мы погибаем от холода.

Один солдат протянул к нему исхудалую руку и, исказив лицо в болезненной гримасе, в половину голоса проговорил:

— Дай хлеба. Я умираю от голода.

В его словах было столько мольбы, что Платону стало не по себе. Он так растерялся, что не мог пошевелить ни рукой, ни ногой.

“ Что же делать?” — удрученно подумал он.

— Мы дохнем, пропадаем и если не можешь помочь, убирайся к черту!