– Плохо… – прервал кошмарные мысли Эйф. – Он наш водитель. Ксан, придется тебе заменить его.

Собеседник кивнул, усаживаясь в другом конце софы.

– Есть еще кое-что, – продолжал Эйф, ни на кого не глядя. – Нужно вытащить одного человека… Кару Штарк. Операция через двенадцать часов.

– Да ты рехнулся! – безудержно вспылила Тата. – это невозможно. После двух выстрелов у нас будут считанные минуты, чтобы убрать свои задницы с того участка! Двух, прошу заметить.

– Двух? – переспросила я.

– Я не спрашивал, возможно ли это, – твердо, но без злости парировал капитан, – план изменился. Нам нужно подстроиться под это обстоятельство.

– Герд псих. Самый настоящий.

– Таково условие.

Я смотрела на капитана и не могла поверить своим ушам. Очевидно же, что Герд не замолвил слово за Кару, что эта женщина предоставлена самой себе, и лишь волей случая сумеет выжить в этой кровавой бойне. Не слишком ли отчаянное положение для той, кто проделала большую часть работы, положив на плаху собственную жизнь? Это значило только одно: капитан был на моей стороне, и он также готов был потупиться многим во имя спасения этого человека. Но почему? В чем его собственная выгода? Какие цели он преследует? Быть может, они давние возлюбленные?

Лицо Таты исказила гримаса неприязни, какого-то отвращения. Вероятно, за вечерним платьем она видела не воина, а молодую мордашку, посланную на черт пойми какую миссию – такую же глупую, как и ее исполнительница. Ее что-то коробило, и я поняла, что она мне хуже Орли с ее причитаниями и бесконечными комментариями в спину.

– Почему два выстрела? – повторила вопрос.

– Министр внутренних дел и Премьер-министр, – ответил Ксан.

Я вытаращила глаза.

– Кто взял на себя Премьер-министра?

– Ты это серьезно сейчас? – язвила Тата. – Это твоя забота.

Я глянула на капитана, и он, осознав положение дел, устало опустился на свой стул.

В ту секунду я готова была пришить Герда за то, что он до самого последнего мига держал эту новость в строжайшей тайне. Об этом наверняка знал Киану, ведь это он беседовал с наставником в часы моей операции с Натаниэлем. Это были последние часы выработки конечного плана главной операции, где каждый получал последние инструкции. И все они умолчали… Почему?

– Кто обеспечивает безопасность квадрата? – спросила.