– Отпусти меня, пожалуйста.

– Ты не сбежишь. – Звучит как приказ.

– Отпусти, ты делаешь мне больно. – Я дергаю рукой. Тристан отпускает мое запястье, однако тут же хватает меня за плечи.

– Разве ты сама не замечаешь, Билли? – теперь он говорит тихо, сочувственно. – В одиночку у тебя ничего не получается. Тебе требуется помощь.

– Я найду помощь, – слабо отвечаю я, хотя сама понимаю, как смешно это прозвучало. Однажды я уже ему это обещала, а потом сбежала, оборвала все связи и понадеялась, что справлюсь со всем сама. Что ж, мы увидели, во что это вылилось. Вряд ли можно обижаться на Тристана за то, что он не верит ни единому моему слову. Я и сама-то себе уже не верю. Не знаю, во что мне верить.

– Послушай. – Его тон становится мягким, он опускает голову, словно чтобы коснуться лбом моего лба, но замирает. – Мы всего лишь хотим тебе помочь. Я знаю, что тебе страшно. Мне бы тоже было. Но мы все исправим, о’кей?

Эмили дергает меня за рукав.

– Билли, я хочу домой. Давайте проясним все позже и сначала… – Девочка на долю секунды бросает на Тристана взгляд, в котором отражается подозрительность. Она ни к кому так быстро не проникается доверием. Или же нервничает, потому что она… нет!

У меня просто в голове не укладывается, что она могла стащить браслет. С одной стороны, это бы все объясняло. С другой – это совершенно не вписывается в ее поведение. Она такая скромная, такая робкая и неуверенная.

Одна мысль об этом внушает ужас.

Она такая же, какой была ты тогда, – шепчет что-то у меня в голове. – Одинокая даже в кругу семьи. То, чего ей не хватает, чего ей по-настоящему не хватает – корней, ей никто не в состоянии дать.

– Подожди, – прошу я Тристана и поворачиваюсь к Эмили. – Возможно ли, что ты… ты не… Эмили, если ты взяла браслет, то…

– Что? – Выражение ее лица кричит, однако голос очень тих. – Я? Ты в своем уме? – Отпрянув на два шага, она почти врезается в двух пожилых женщин, которые обходят ее и возмущенно ругаются.

– Ты же не серьезно, Билли. Ты что, хочешь свалить все на меня?

– Нет, я… Я просто не понимаю, что произошло.

– Ничего она на тебя не сваливает, – решительно вмешивается Тристан, похоже, терпение у него на пределе. – Она больна. И ничего не может с этим поделать.