Тюдор, конечно, был прав. Я огляделась по сторонам и зябко передернула плечами, чувствуя, как тянет холодом по ногам. Эта комната – на самом деле это был зал для аудиенций, огромный и почти без мебели, – была явно не тем местом, где можно было долго простоять, если на тебе нет подбитой мехом мантии. Я остановилась тут лишь потому, что принимала устрашающе официального королевского герольда с его жезлом, в особом камзоле, посланного ко мне лордом Глостером. Одетая тоже весьма официально и строго, в соответствии с выданными мне инструкциями о сношениях с внешним миром, я в окружении придворных дам, облаченных в роскошные наряды из шелка и горностаевого меха, стоя на помосте в этом унылом помещении, приняла важный документ, после чего сразу же отправила посланника обратно и отпустила дам.

И вот теперь здесь появился Оуэн Тюдор и узнал о возникших у меня трудностях. Мне нужно было уйти, чтобы скрыть свою несостоятельность. Заметив, что на нем верхняя одежда, я попробовала ухватиться за соломинку.

– Не хочу задерживать вас, господин Оуэн, ведь у вас, конечно же, есть дела.

– Вы получили дурные вести, миледи? – неожиданно прервал он меня.

Видимо, я и вправду выглядела подавленной. Я выдержала его тревожный взгляд, стараясь дышать ровно.

– Нет.

Мой односложный ответ произвел желаемый эффект.

– Я пришлю сюда вашу горничную, миледи.

Короткий поклон, и Тюдор уже развернулся, чтобы уйти и оставить меня один на один с проблемами. Но разве не этого случая я ждала? Я подумала, что бы посоветовала мне сейчас моя дорогая, безвременно ушедшая Мишель и что бы она сама сделала в сложившейся ситуации.

– Господин Тюдор…

Он остановился.

– Да, миледи?

– Вы умеете читать? – Господи, ну конечно умеет. Дворцовый распорядитель обязан уметь читать. – Я хотела сказать, вы хорошо читаете?

– Да, миледи, хорошо.

– Тогда не затруднит ли вас прочесть для меня вот это?

Боясь передумать, я тут же порывисто протянула ему увесистый свиток. Прежде чем принять его, Тюдор раздумывал не дольше, чем я. Без каких-либо комментариев он сразу же нагнул голову над замысловатым манускриптом. Опасаясь заметить пренебрежение на его лице, я все-таки решила задать вопрос, хоть он и выставлял меня в невыгодном свете.

– Вы не презираете меня за то, что я не смогла расшифровать этот текст самостоятельно?

– Нет, миледи.

– А вы где этому научились?

Тюдор поднял на меня взгляд.