– Отнюдь нет, – чрезвычайно серьезным тоном сказала я. – Но жизнь научила меня драться за то, что хочешь получить. А я очень хочу выйти за вас замуж. И если для достижения этой цели мне придется быть расчетливой и манипулировать людьми – что ж, я пойду и на это. Женитесь на мне, Оуэн! Дайте этому ребенку свое имя – он этого заслуживает.

– Глостер может вас наказать. Об этом вы подумали?

– Да. Наказать могут нас обоих. Однако если мы обвенчаемся перед лицом Господа, что Глостер и Королевский совет смогут с нами сделать? Я исключаю вероятность того, что Глостер устроит шумный скандал, в котором будет замешана вдовствующая королева, и думаю, что, если обращусь напрямую к Бедфорду, он нас поддержит.

Уверенность моя росла и расцветала, и Оуэн наконец привлек меня к себе. Он по-прежнему раздумывал, по-прежнему упрямился, но теперь я уже и сама свято верила в то, что говорила.

– Если вы не женитесь на мне, Оуэн, – продолжала я, положив ладони ему на грудь, – они заставят меня постричься в монахини, а моего ребенка – нашего ребенка – отберут. – Тут я решилась воспользоваться последним оружием в своем арсенале. – Не думаю, что смогла бы когда-либо вас простить, если бы из-за вашей гордости меня до конца дней засадили в монастырь, а наш ребенок воспитывался, ничего не зная о своих родителях.

Рот Оуэна скривился в горькой самоуничижительной усмешке.

– Да кто я такой? Всего-то лишенный гражданских прав валлиец, попираемый и презираемый английскими победителями его народа. Кто я такой, чтобы жениться на королеве?

Насчет лишения гражданских прав я не очень поняла и потому просто проигнорировала его заявление.

– Добавьте еще: на королеве, никогда не знавшей любви. Если бы вы по-настоящему меня любили, то женились бы на мне.

Лицо его исказилось, он был почти в отчаянии.

– Ох, Екатерина! Запрещенный прием, так нечестно!

– Знаю. Но я сражаюсь не на жизнь, а на смерть.

– Не нравится мне это, – пробормотал Оуэн; я чувствовала его неровное дыхание на своих волосах. – Королевская дочь выходит за слугу без гроша за душой.

– И тем не менее. Впрочем, можно сказать и иначе: одинокая вдова выходит за мужчину, которого она полюбила.

– Тогда так: прекрасная вдова победителя в битве при Азенкуре выходит замуж за лишенного прав простолюдина.

– Покинутая вдова выходит замуж за единственного человека, которого когда-либо любила.

О, какой уверенной в себе я была!

Но Оуэн не сдавался:

– Вдовствующая королева выходит за своего дворцового распорядителя.

Я прижалась лбом к его груди. Сколько еще возражений он сумеет найти?