Отец прочистил горло.

– То, что вы пытаетесь сделать с этим городом, неправильно. Вы это знаете, и я это знаю.

– Неужели это хуже, чем то, что вы манипулировали своими соседями и убеждали их следовать за собой с одной целью – получить больше денег?

Все понемногу начинало вставать на свои места, особенно когда я вспомнила нашу ссору у дома мистера Диксона. Тогда шериф Хемрик сказал отцу: «Ваша дочь помогает людям».

Он уже знал, что мой отец выступает против властей отнюдь не ради спасения города. Он делал это ради себя.

Отец все еще пытался выглядеть крутым, но по тому, как он сжимал набалдашник своей палки, я понимала, что он уже не чувствует себя на коне.

– А что, если я не соглашусь на ваше предложение? – спросил он.

Губернатор пожал плечами:

– Думаю, вы можете попробовать пережить эту бурю. Но возможно, тогда у вас уже просто не останется дома, куда вы могли бы вернуться. В этом случае мы вынуждены будем конфисковать этот участок и…

– Хорошо. Подождите секундочку. Пожалуйста, подождите только одну секунду. Я понимаю. Вы хотите наказать меня за то, что я так долго вам мешал. И может быть, я это заслужил. Поэтому да. Я соглашусь на сокращение суммы. Соглашусь. Но давайте, скажем, триста тысяч долларов. Помните, я теряю дом и бизнес, и насколько я понимаю, все жители получили больше, чем…

– Какой бизнес? – подал голос с дивана мэр Аверсано. – Вы не работаете уже несколько лет.

Отец повернулся так, чтобы видеть только губернатора Уорда. Я смотрела, как на его шее бьется жилка.

– Триста тысяч долларов, и я подпишу все, что надо подписать, и вы никогда больше не увидите ни меня, ни мою семью. – И словно чтобы доказать это, отец взял со стола ручку и щелкнул ею.

Губернатор откинулся в своем кресле так далеко, как только позволяла спинка:

– Двести тысяч долларов. Ты придерживал свои карты слишком долго, Джим.

Мэр Аверсано оторвал от растения в горшке несколько сухих листьев.

– Мы знаем, что от тебя ушла жена, – вздохнул он. – Ты не сможешь ее вернуть, если у тебя не будет денег. Тогда ты не сможешь явиться к ней как герой.

Отец на мгновение встретился со мной глазами. Я никогда не видела его более расстроенным, даже после того, как с ним произошел несчастный случай. И, понурив голову, он сказал:

– Согласен.

Я не могла больше находиться в этой комнате. Но прежде чем выйти, я подошла к столу, за которым сидел губернатор Уорд: