– Мне очень жаль. Жизнь у нее была нелегкая, и в 1966 году случился инфаркт.
– Ей не было и шестидесяти, – заметила я, вытирая появившуюся невесть откуда слезу. – А Кристль?
– Жива, учительствует, вышла замуж и живет в Мерано. У нее три дочки и внук. Так что ты тетя и даже бабушка.
Я повернулась к продавщице, стоявшей молча, открыв рот, со свертком в руках.
– Сыр не забудьте, – подчеркнула я. – Триста граммов, пожалуйста.
– Итак, ты наконец вернулась.
Лорин Майер смахнул еще одну слезинку с моей пылающей щеки.
Взяв обеими руками его морщинистую руку, я прижалась губами к мягкой прохладной ложбинке на ладони. Я видела, как Джим наблюдает за нами, стоя в проходе с банкой вишни в руке.
– Но я думал, теперь-то ты умеешь защищаться, – возразил он и, держа меня за руку, повернулся к продавщице: – Джоанна Рамозер, перестань пялиться и упакуй все в один пакет. И еще нам нужен солнцезащитный крем. Роза Кусштатчер забыла, как им пользоваться. Запиши на мой счет.
– Позвольте мне…
– Ни в коем разе, это не обсуждается. Тсс! Все-все.
Он повернулся к девушке.
– И, Джоанна, забудь все, что слышала, и не вздумай раззвонить новость на всю деревню. Попомни, я все равно узнаю.
Он сурово взглянул на нее. Потом, держа меня за руку, кивнул Джиму и усмехнулся.
– А вы, мистер Джеймс Митчел, – он тщательно произносил английские слова, – вы идете ко мне домой с Розой, моим дружочком. Лады?
Глава 23. Увлажняющие кремы и лосьоны
Глава 23. Увлажняющие кремы и лосьоны
Солнечный ожог – для красоты катастрофа. Ни один косметолог не превратит лицо в красную маску от волос до подбородка, а природе это раз плюнуть. С настоящим ожогом ничего не поделать.
Обычно увлажняющие кремы смягчают кожу, но ни один из них со всеми активными составляющими, как измельченный морской жемчуг или шелк, не влияют на обожженную кожу, а в 1971-м наука о красоте была в зачаточном состоянии. Я ничего не могла сделать. Сегодня я бы, наверное, нанесла aloe vera. Граса заставляет меня держать это растение на кухне от ожогов. Действует оно хорошо, и она им довольна.
Знаешь, она почти постоянно мажется гелем, который выжимает из мясистых листьев, когда на кожу нечаянно брызнет горячее масло или она обожжет руку о противень.