Я была уверена, что Мейсон и чечетку на столе станцует, если его попросить.

– Да, он придет и скажет, как все на самом деле.

Мейсон оказался прав: он мне не клиент, а значит, последнее препятствие между нами пало. У меня не было причин скрывать, что я его люблю.

Эта мысль меня больше не страшила: я была готова отдать ему свое сердце и знала, что с ним оно в надежных руках.

– Забавно! Не испугайся я, что он впал во внушаемое состояние и я должна предостеречь его от плохих решений – ничего этого бы не случилось.

Камилла недоуменно на меня посмотрела.

– Но ему и так ничего не грозило. Как только он проснулся, с ним все было в порядке. Вовсе не обязательно было ходить за ним по пятам.

Ой.

Хорошо, что тогда я этого не знала. Я сидела и думала, как бы все сложилось, если бы знала, и Камилла спросила:

– А как у тебя с Бриджит?

– Ее признание меня потрясло. С того момента мы с ней не разговаривали. Она извинилась и публично взяла на себя всю ответственность, а еще выдвинула против учителя обвинения, и к ней присоединились другие девушки, с которыми произошла похожая история.

Если бы меня попросили, я бы с превеликим удовольствием дала показания.

– Хорошо. Я рада, что она старается обрести покой и разобраться со своим прошлым. Ты же знаешь, что я думаю о полном прощении.

Конечно, знаю. За последние годы у нас было много разговоров о нем, особенно когда речь заходила про Мейсона.

Это заставило меня задуматься о том, какие отношения были у нас с Мейсоном сейчас и чего мы хотели.

У меня появилась идея, и я написала Мейсону, предложив встретиться вечером у нас дома. Он спросил:

Тайное свидание? Хочешь, чтобы я залез в окно?

Нет, воспользуйся дверью.

Приведя свой план в действие, я поинтересовалась у Камиллы, как прошла поездка. У моей наставницы уже были заготовлены фотографии на такой случай, Перу – красивейшее место. Я всегда восхищалась Камиллой, брала с нее пример, хотела быть на нее похожей. Она придерживалась комплексного подхода к психотерапии, так что конференция, на которую она ездила, казалась мне довольно необычной. Думаю, мне бы там не понравилось.

Хотела ли я стать психотерапевтом? Я всегда стремилась помогать людям, как моя сестра. Но сейчас благодаря гипнозу у меня в любом случае появилась такая возможность. И мне совершенно не обязательно быть для этого лицензированным психотерапевтом, моя помощь не станет от этого более эффективной.

Если я хочу получить диплом только потому, что меня беспокоит реакция других людей на выбранную мной профессию, значит, я позволяю своим страхам контролировать мою жизнь. Проводя сеанс гипноза, я искала глубинную причину, мешавшую клиентам достигать целей, а все это время моя глубинная причина была у меня перед носом.

И Мейсон мне на нее указал, хотя я ни за что не признаю, что он прав, иначе он станет совершенно невыносим. Однако я действительно слишком сильно переживала о том, что подумают другие. Это началось еще в старших классах после слухов про мистера Лэндри и так и не отпускало меня все эти годы. Меня бесило, что люди посмеиваются над моей работой, поэтому я решила стать психотерапевтом: не только из-за того, что им была Камилла, но и потому, что хотела серьезного к себе отношения. Я потратила столько времени и денег лишь для того, чтобы добиться признания у воображаемой публики, но стоило ли оно того?

Нужно подумать.

Эти мысли не покидали меня до самого вечера. Вернувшись домой, я потратила много времени на приготовления: хотелось, чтобы все прошло идеально.

Я ждала у двери, поэтому сама открыла Мейсону.

Тот, увидев меня, тихонько присвистнул.

– Выглядишь сногсшибательно. У такой красотки непременно должен быть парень.

– Ну, если кто-нибудь попросит меня стать его девушкой, я, может, и подумаю.

Я взяла Мейсона за руку и повела в столовую.

Сегодня клуб шитья собирался у нас, поэтому Хизер, мама и все крупные поставщики сплетен Плайя-Пласида были тут как тут. Папа читал в гостиной, Сьерра готовила перекус на кухне.

Увидев собравшихся, Мейсон насторожился.

– Синклер, что…

Но я не дала ему закончить фразу, поцеловав на виду у всех.

Первой отреагировала Хизер: радостно вскрикнув, побежала нас обнимать. Мама осталась сидеть, и ее тут же засыпали вопросами, ответов на которые она не знала, но улыбалась она при этом так широко, что рот того и гляди порвется. Папа посмотрел на нас поверх книги, покачал головой и продолжил чтение.

– Ну наконец-то, – только и сказала Сьерра и пошла в свою комнату.

– Это значит то, что я думаю? – спросила Хизер, перестав нас обнимать.

– Синклер теперь моя девушка, – заявил Мейсон, держа меня за руку.

– Ну вообще-то ты так и не спросил, хочу ли я ей стать. Но да, мы встречаемся.

– Я так рада! – воскликнула Хизер и снова бросилась обнимать нас. Затем она пошла к маме и обняла ее тоже.

– Ты ведь понимаешь, что они уже планируют свадьбу? – спросил Мейсон.

Я пожала плечами. Они ждали этого двадцать четыре года, с самого нашего рождения – пусть порадуются.

– Что тебя к этому подтолкнуло? – спросил он, целуя мне руку.

Он постоянно находил способ обнять или прикоснуться, напоминая, что он здесь, со мной, и готов оказать любую поддержку – и это качество я в нем просто обожала.

– Я сегодня поговорила со своей наставницей Камиллой, и мы разобрали всю ситуацию.

Он ухмыльнулся.

– Значит, теперь можно не скрываться?

– Ты меня так и не спросил! – напомнила я.

Мейсон обнял меня обеими руками за талию.

– Синклер, станешь ли ты моей? Зная, что я и так в тебя влюблен?

Мне нестерпимо захотелось поделиться с ним моими чувствами, но я этого не сделала. Я не хочу, чтобы мое первое признание Мейсону в любви произошло в комнате, полной не в меру радостных мамаш, которые следят за каждым нашим шагом.

– Только твоей? Я подумаю, – сказала я.

– Это все, о чем я прошу, – ответил Мейсон и нежно меня поцеловал.

Идеально.

Но ничто идеальное не вечно.

Глава 31

Глава 31

– Мама собирается к сестре в Орландо, – сообщил Мейсон, когда мы созванивались с ним через неделю после нашего официального явления миру.

– В гости?

– Ага. Останусь дома один, совсем один.

– Ужасно, – прокомментировала я.

– Ну в общем я подумал, может, заглянешь часиков в семь? Я бы ужин приготовил. Что скажешь?

Я бы сказала, что меня от такого и целая армия не удержит, потому что я-то понимала, к чему он клонит. Романтический ужин, во время которого нам никто не сможет помешать. Я признаюсь ему в любви, а там уж посмотрим, насколько у него хватит сил не спешить.

– Я принесу что-нибудь на десерт, – сказала я.

Последовала долгая пауза. Жаль, что я не видела его лица и не могла оценить реакцию.

– Если ты о том, о чем я подумал, то ты, скорее, соленая, чем сладкая.

– Ну ты же любишь соленые десерты.

– Еще как. Может, зайдешь прямо сейчас?

Я рассмеялась и сказала:

– Увидимся в семь.

– Не опаздывай, Синклер, – проворчал он, как будто уже не в силах был ждать.

– Я никогда не опаздываю, – напомнила я и попрощалась.

В этот раз я надела красивое белье из одного комплекта.

Я доехала до дома Мейсона, но не успела даже постучать, как он распахнул передо мной дверь и жадно поцеловал, отчего у меня закружилась голова и перехватило дыхание.

– А ужинать нам обязательно? – спросила я.

– Ну я так старался, – сказал он. – Ожидание лишь делает десерт слаще. К тому же я хочу тебе кое-что показать.

– Я так и поняла. Поэтому и пришла.

Он рассмеялся и провел меня в гостиную. На столике стоял ноутбук.

– Присаживайся.

– Надеюсь, я не увижу ничего ужасного? – спросила я, осторожно садясь за стол.

– Нет. Я тут все думал о том типе, что наврал про тебя с три короба.

– Тимоти?

– Ага. И о том, как он создавал новые учетки, чтобы занижать тебе оценку. Уверен, этот идиот не додумался использовать разные IP-адреса, и если я попрошу проверить, мы обнаружим, что все плохие отзывы написаны одним человеком.

– Значит, сегодня у тебя по графику – помочь мне?

– Ну да, – подтвердил он, закрепив это поцелуем. – Синклер, твоя война – моя война.

В кухне запиликал таймер.

– Сейчас вернусь, и мы выведем этого тролля на чистую воду.

Глядя ему вслед, я почувствовала неописуемый прилив радости – я никогда еще не была так счастлива. Как же мне повезло вернуть его в свою жизнь!

Будто я наконец обрела давно потерянную часть себя.

Ноутбук пикнул, и я посмотрела на экран. В центре рабочего стола была папка под названием «Синклер». Интересно, что там?

Может, статья? Или что-нибудь еще? Не мое дело.

Мейсон занимался на кухне ужином, напевая вполголоса.

Мои попытки побороть собственное любопытство редко оказывались удачными.

Я решительно потянулась к ноутбуку, но вдруг остановилась, руки замерли над клавиатурой. Чертовски хотелось узнать, что там. Я двинула мышь, переместила курсор и зашла в папку.

В ней был один-единственный документ. Я открыла его и принялась читать.

Люди знакомы с гипнозом уже не одну сотню лет, и все эти годы мошенники обманом выуживают деньги, заставляя поверить, будто «волшебные слова» помогут сбросить лишний вес или побороть бессонницу и тревожность.