Я почувствовала эти слова совсем близко к коже, и внезапная паника быстро вернула меня в реальность.

Мне казалось, мы все прояснили. В чем еще он собирается мне признаться?

И тут он окончательно все испортил:

– Я тебя обманул.

Глава 29

Глава 29

– И в чем же ты меня обманул? – шепотом спросила я, с ужасом представляя, как он сейчас нарушит перемирие, которое мы только-только установили.

– Сказал, что больше не дам себя загипнотизировать. Я соврал. Ты меня околдовала. Стоило мне вернуться, и я попал в твои сети. Ты наложила заклятие, которое я не могу и не хочу развеивать. Ничего удивительного, что ты загипнотизировала меня на сеансе, да я от одного взгляда на тебя даже собственное имя забываю.

Сначала мне захотелось стукнуть его за то, что напугал, а потом меня накрыло облегчение, и я решила сублимировать, как он и советовал. Я поцеловала его, и он тут же ответил, его губы были влажными и настойчивыми.

– Я люблю тебя, – сказал он напористо, но в то же время так нежно, что я растаяла.

– Но за что? – спросила я, не в силах поверить в реальность происходящего.

– Синклер, – прошептал он, улыбнувшись, – ты всегда была мне лучшим другом. Однажды я взглянул на тебя и понял, что очень хочу поцеловать, но не могу. Я боялся рисковать нашей дружбой. Так было до того вечера на причале, когда я осознал, что ты сводишь меня с ума, я хочу прикасаться к тебе, быть рядом. Вот почему я позвал тебя на танцы.

– А сам не пришел, – напомнила я.

– Да, это было глупо.

– Очень глупо, – согласилась я.

– Мне жаль упущенного времени.

– У Сьерры есть теория на этот счет. Она уверена, что все случилось в подходящий момент, потому что сейчас мы с тобой здесь, а не в разных концах страны, и можем быть вместе.

Только теперь я поняла, как мечтаю, чтобы он остался во Флориде. Не хочу, чтобы он возвращался в Нью-Йорк, но я также не хочу мешать строить ему свою жизнь и карьеру так, как он того желает. Этого мы еще не обсуждали.

– Правда я не знаю, надолго ли ты приехал.

Он достал из кармана телефон, открыл приложение и показал мне.

– Вот, смотри.

На картинке была груда коробок.

– Что это? – спросила я.

– Мамин гараж, забитый моими вещами. Я отказался от аренды в Нью-Йорке и перевез все сюда. Я никуда не уеду. Хочу быть там, где ты.

Его слова меня так поразили и в то же время тронули, что я лишилась дара речи. Он неверно истолковал мое молчание и поспешил успокоить:

– Прости, если напугал. Компанию для переезда я нанял сразу после нашего сеанса. Увидев тебя снова, я понял, чего мне не хватает в жизни: тебя. Я ходил на свидания, встречался с другими и все это время думал, что мои воспоминания о тебе преувеличены. Не могла же ты и в самом деле быть такой замечательной? Но знаешь что, Синклер? Все воспоминания блекнут пред реальностью. Поэтому я не собираюсь дальше молчать. Знай, я хочу быть здесь, с тобой.

Как я вообще могла подумать, что он меня ненавидит? И как он может говорить так спокойно, без дрожи в голосе, когда меня просто разрывает от счастья? Слезы радости навернулись на глазах, затуманивая все вокруг.

– Но ведь стать писателем и жить в Нью-Йорке – твоя мечта?

– Моя мечта – это ты, Синклер.

– И ради меня ты откажешься от Нью-Йорка?

– Ради тебя я готов отказаться вообще от всего.

На меня снизошла такая любовь, что я боялась утонуть в ней и в то же время чувствовала, как она окрыляет. От радости внутри все покалывало и щекотало словно задорными пузырьками шампанского. Я и не знала, что могу быть такой счастливой.

– Только обещай больше не пропадать без звонков и объяснений, – попросила я.

Он усмехнулся.

– Ты мне этого никогда не забудешь, да?

– Возможно.

– Значит, я тоже могу напоминать тебе, как ты меня ложно обвинила в распускании слухов?

Я обняла его горячими руками и сказала:

– В твоих же интересах вообще об этом забыть.

– Неужели? – Похоже, ему стало любопытно, к чему я веду. – И что же ты собираешься делать, чтобы я поскорее обо всем позабыл?

– Например, это, – сказала я и поцеловала его.

Стоило нашим губам соприкоснуться, как мое тело завелось с пол-оборота. «Да, вот это. И не останавливайся, пожалуйста», – кричало оно.

Мейсон издал что-то среднее между вздохом и стоном.

– Или, может, это, – добавила я, целуя его еще крепче.

Лишь через минуту он наконец сказал:

– Такие условия мне подходят. Ну что, продолжим переговоры или, может, я просто послушаю, что скажет твое пугающе быстро бьющееся сердце?

Я улыбнулась. Как же я его люблю!

– Мейсон, я должна тебе кое-что сказать… – мой голос дрогнул. Так, нужно собраться с духом и произнести. Может, если я озвучу свои чувства, они уже не будут меня так сильно пугать? Я просто объяснюсь, мы со всем разберемся и двинемся дальше. «Я люблю тебя, ты любишь меня, давай посмотрим, куда это нас приведет».

Однако я лишь молчала, пока Мейсон не нарушил тишину:

– А вот теперь ты меня пугаешь. Скажи что-нибудь.

– Я пытаюсь понять…

Слова по-прежнему не шли.

Наверное, стоит ему просто показать.

Даже если решительность и жадность моего поцелуя удивили Мейсона, он не подал виду. Лишь ответил тем же, с готовностью встречая и повторяя каждое мое движение. Он заставил меня почувствовать, как кровь пульсирует в венах, распространяя дразнящее напряжение от губ к груди, по рукам и ногам, вызывая дрожь желания.

Он уложил меня на пол и сам опустился следом. Я посильнее прижалась к нему. И неважно, сколько там сегодня градусов – пятьдесят? Да хоть все семьдесят! Лишь бы чувствовать его рядом. Мы источали жар, и каждая клеточка моего тела кипела страстью и предвкушением.

Горячий воздух душил и обволакивал. Я прикасалась к обжигающей коже и с наслаждением любовалась, как сильные мышцы Мейсона сокращаются под кончиками моих пальцев. Мне нравилось, как он нависал надо мной, прижимая к твердому деревянному полу.

От чудовищной жары кожа стала липкой и скользкой. Невозможно было сказать наверняка, чем вызван этот пожар между нами: летним зноем или взаимным притяжением, – но чем дольше мы целовались, тем сильнее и горячее разгоралось пламя.

Меня не смущали ни жесткий пол, ни духота – лишь бы Мейсон прикасался, целовал и обнимал покрепче.

– Ты соленая, – пробормотал он.

– Как и ты, – ответила я.

Его губы снова прижались к моим, и если конфеты до сих пор не растаяли, то теперь-то уж точно.

– Саванна? – послышался внизу мамин голос, и мы разомкнули поцелуй, тяжело дыша.

– Тс-с-с, – прошептала я.

– Что твоя мама…

Я закрыла ему рот ладонью.

– У тебя низкий голос. Она услышит!

Я опустила руку, и он потерся носом о мою шею и прошептал еще более соблазнительно:

– Меня? Это не я так сексуально постанываю.

Я что, правда стонала?

Мама позвала еще пару раз, а мы с Мейсоном лежали, не двигаясь, в объятиях друг друга.

Потом она ушла, хлопнула дверь, и я облегченно вздохнула, что нас не застукали.

– Мне нужно домой, – с сожалением сказала я. – Она как ищейка, все равно найдет меня по следу.

– Откуда она знает, что ты дома? Ты припарковалась во дворе?

– Да.

– Ты что, никогда раньше не встречалась тайком? – Мейсон наигранно удивился. – Нельзя бросать машину на видном месте.

– А ты свою спрятал?

– Конечно! Она стоит за квартал отсюда.

– Ты такой умный, – восхитилась я.

– Да, я такой. – Он быстро меня поцеловал. – И это хорошо. Если бы твоя мама узнала, чем мы тут занимаемся, они с моей уже с утра пораньше выписали бы каталоги невест.

– Каталоги невест?

Он попытался пожать плечами, что было непросто, ведь мы по-прежнему лежали в обнимку.

– А что, разве не бывает каталогов невест? Ну таких, где можно заказать все для свадьбы.

– Ты, наверное, про свадебные журналы. Или веб-сайты. А каталог невест – это что-то про заказ самой невесты.

– Только не говори моей маме, что невесту можно заказать по каталогу, а то я и до дома не успею добраться, как стану мужем.

– И какую бы она тебе заказала?

Он улыбнулся, с обожанием глядя на меня.

– Темноволосую, высокую, умную, добрую, с отличной подачей.

– Я в волейбол уже сто лет не играла.

– С чего ты взяла, что я про спорт? Я имел в виду твое умение подать себя.

Еще один быстрый поцелуй, слишком уж быстрый, на мой взгляд.

– Надо спуститься и узнать, чего она хотела, – сказала я. – А то на смену приятному возбуждению от того, что ты рядом, пришло тревожное возбуждение от того, что нас чуть не поймали с поличным.

Мейсон одарил меня фирменной сексуальной улыбкой, практически лишив силы воли.

– Это легко исправить.

– Может, в другой раз.

– В другой раз, – согласился он, легонько целуя. – Попробую незаметно добраться до машины.

Он поцеловал меня еще раз десять, снова и снова повторяя, что ему пора, а потом наконец ушел. Я осталась лежать на полу, пытаясь успокоить безудержно колотящееся сердце.

И мне это, может, и удалось бы, но дверца домика вдруг резко распахнулась.

– А, вот ты где! – сказала Сьерра.

Я вскрикнула, прижимая руку к сердцу.

Сестра забралась в домик и заметила романтическую обстановку.