— Я… не знаю, можно ли что-то исправить, — честно признаюсь я.

— Ты узнаешь это, только попробовав, — парирует отец. — Не попытавшись однозначно проиграешь.

— Ты прав. Надо действовать!

— Уже лучше, — он устало улыбается. — Ладно. С учебой что будешь делать? Я могу попробовать процесс отчисления притормозить, но…

Я качаю головой, принимая для себя окончательное решение. Оно дается мне не просто. Военка для меня вся жизнь, но сейчас я понял, что есть кое-что важнее.

— Я не вернусь туда, пока не исправлю то, что натворил здесь. Пока не верну… ее, — говорю уверенно. — Если вернусь сейчас, с таким грузом, я перестану себя уважать. А зачем тогда все?

— Ты же так хотел стать военным, — мягко напоминает отец.

— Я и сейчас хочу, — голос мой крепнет с каждым словом. Я и правда все понимаю. Это не сломанная мечта, а испытание. — Но, если я не верну Юми, значит, во мне нет того самого стержня, который нужен для службы. Значит, я сдаюсь при первой же серьёзной потере. Мне не будет там места, если я не докажу сначала самому себе, что я — мужчина. Что я могу бороться за то, что для меня важно.

Отчим смотрит на меня долгим, оценивающим взглядом. И вдруг его лицо озаряется редкой, но такой искренней улыбкой.

— Ты молодец, сын. Я горжусь тобой.

И в этот раз эти слова падают не в пустоту, а находят отклик. Они как ключ, поворачивающий замок внутри.

— Спасибо… пап.

Во мне открывается второе дыхание. Отчаяние отступает, уступая место новой, жгучей решимости, я должен вернуть Юми во что бы то ни стало. Она нужна мне, как воздух и я ей необходим.

Первым делом иду в цветочный и покупаю небольшой букет полевых цветов. Розы и лилии кажется фальшью, а эти скромные синие колокольчики и ромашки… они как я сейчас простые, но настоящие.

Возвращаюсь к дому Юми, сердце колотится, как сумасшедшее. Поднимаюсь на ее этаж и оставляю букет на ручке двери, даже не попытавшись встретиться. Юми нужно побыть одной, но я хочу, чтобы она знала, что я не забыл о ней, я не отступился. Пусть этот букет скажет все за меня. Разворачиваюсь и ухожу, не оглядываясь.

Но одной решимости мало. Нужен план и, как минимум совет. Искать информацию в интернета так себе затея, но есть один человек, который может помочь и не убьет меня на месте. Лада.

Набираю ее номер, сердце уходит в пятки.

— Алло? Сэм, что случилось? — ее голос настороженный.

— Мы с Юми… расстались, — выдавливаю я. — Но я очень хочу ее вернуть.

На той стороне повисает напряженная пауза.

— Помоги мне, — прошу следом.

— Чем? — Лада, похоже, сильно растерянна. Я и сам плохо понимаю, чего хочу.

— Советом.

— Хорошо, — выдыхает она. — Расстались из-за чего?

— Ну… — я запинаюсь, пытаясь подобрать слова, не рассказывать же весь тот треш, что между нами произошел.

— Сэм, ну что ты мямлишь? — слышится нетерпеливый щелчок языком. — Коротко и по делу!

— Из-за того, что я в очередной раз не справился с эмоциями, — выпаливаю я, сжимая телефон сильнее и глубоко дышу, стараясь не раздражаться.

Ещё одна пауза, более задумчивая и протяженная.

— Значит, тебе нужно научиться справляться с ними. И доказать Юми, что ты исправился. Но не словами, а делом.

— Но как.… - начинаю я, и тут меня озаряет идеей.

Я придумал, как обуздать эмоции и доказать Юми, что я могу быть тем, на кого можно положиться. Есть только один способ. Один человек, который для Юми эталон силы и спокойствия.

— Семён? — Лада выводит меня из ступора.

Я расплываюсь в уверенной улыбке.

— Спасибо, сестренка. Я все понял.

— Удачи, — слышится в трубке, и в ее голосе проскальзывает облегчение.

Сбрасываю звонок и быстро, по приложению заказываю такси. Вбиваю адрес и нетерпеливо растираю бритый затылок. Машина подъезжает спустя пару минут, сажусь в салон и уточняю адрес.

Глава 32. Юми

Глава 32. Юми

За окном кухни старый клен роняет желтые листья. Они кружатся в немом танце, ложась на асфальт ярким, предсмертным ковром. Я наблюдаю за этим, сидя за столом. В маленькой стеклянной вазе передо мной стоит скромный букет. Полевые ромашки пахнут чуть резковато, напоминая о лете.

Коснувшись подушечками пальцев бархатных желтых серединок, возвращаю взгляд к разлинованному блокноту. В правой руке зажато перо, рядом удобно стоит баночка с тушью.

Сегодня я вывожу иероглиф「信」- доверие.

Он кажется простым, но на самом деле сложный, как дыхание, когда в груди застревает плотный ком. В нем человек и слово. Чтобы получилось правильно, нужно, чтобы оба были честными.

Я делаю первый штрих, прямой, твердый, как будто пытаюсь удержать в руках все, что развалилось. Второй — мягкий, почти дрожащий. Чернила впитываются, растекаются, как будто живая кровь под кожей бумаги.

Дышу вместе с кистью.

Вдох. Выдох.

Линия. Точка.

Все лишнее уходит. Только звук бумаги и слабый запах туши. И мне это нравится, каждое движение, и все, что скрыто за ним. Все, что рождается в мыслях, когда выводишь тонкие, изящные линии символа с глубоким смыслом.

Смотрю на готовый знак. Он неидеальный, чуть кривой, но живой. Наверное, как и я. В моей жизни снова появился фундамент, который я заливаю сама после очередного разрушения. Как феникс, возрождаюсь и возрождаюсь каждый раз, когда меня пытаются уничтожить. Мне кажется, этим можно гордиться, но я не горжусь, я лишь хочу, чтобы в этот раз фундамент выдержал и над ним встало крепкое сооружение, которое я назову домом.

Сейчас в его основу заложены учеба, тренировки, вечера с книгой или болтовня с Бэллой, связь с сестрой. Все предсказуемо, безопасно, и наверняка неплохо, ведь все это мой собственный выбор. Только вот пустота не вписывается в эту идеальную картинку жизни. Это неопределенное состояние, в котором нет ни боли, ни гнева, ни страха. Это чувство, что тебе постоянно чего-то не хватает. Или кого-то….

Но доверие — это не резинка, которую можно растянуть, а потом вернуть в прежнюю форму. Оно хрупкое, как старинная бумага, и однажды смятое, уже никогда не будет идеально гладким. Ему нельзя позволить случиться снова. Слишком больно отрывать его от себя с кожей и мясом.

Откладываю перо, закрываю флакон с тушью и убираю подальше блокнот. А на их место двигаю ноутбук и в браузере, в строке поиска набираю:

«Переезд в Корею для граждан России в этом году».

Может быть там мое место, если в этот мир я так и не вписалась? Родина отца всегда манила меня. Лия говорила, если бы много лет назад мы уехали, все сложилось бы иначе: родители были бы живы, мы с ней не оказались бы в руках Хозяина.

Исправить ничего нельзя, но можно бесчисленное множество раз начинать все с нуля, пока ты жив. И я вчитываюсь в информацию на сайте, всерьёз решив, что переезд в Корею будет отличным решением.

Правила ужесточились. Нужна долгосрочная виза для учебы, работы или F-4, предназначенная для этнических корейцев. Она вполне может мне подойти, нужно лишь уточнить некоторые детали в архивах. Не думаю, что эта задача окажется для меня непосильной.

Перехожу к более сложным вопросам, точнее затратным. Медицинская страховка, наличие на счету суммы, эквивалентной десяти тысячам долларов, чтобы показать свою состоятельность, или трудовой контракт с минимальной зарплатой в полтора миллиона вон.

Можно попросить Мирона помочь, но это не выход. Я и так обязана ему многим. Если уж начинать все с нуля на новом месте, так опираясь только на свои возможности, а значит у меня есть дополнительная мотивация для получения диплома и поиска хорошей работы в Корее.

Всё это уже похоже на план. Я нахожу чистый блокнот, обычную шариковую ручку и от руки, как я люблю, записываю по пунктам, что мне нужно начать делать уже сейчас. Например, стоит найти работу и откладывать некоторую сумму денег.

Кем я могу быть? Репетитором? Переводчиком с английского и корейского и обратно. Воодушевляюсь, записав и это в блокнот. Я точно смогу с этим справиться.

А Лия?

Снова думаю о сестре.

Она счастлива здесь. У нее Мирон, дети, дом, наполненный смехом и любовью. А я счастлива за неё. Но я…. я будто инопланетянка, которая случайно попала на эту планету и все никак не может выучить местные правила, не может вписаться в их ритм, в их эмоции, в их способ любить и ненавидеть. Мне нужен свой мир. Возможно, там, на родине отца, я найду кусочек себя, который все это время был потерян.

На экране телефона всплывает сообщение от Бэллы.

Бэлла: «Привет. Ты чего затихла? Не заболела?»

Я: «Нет, всё хорошо. Просто изучаю корейские сайты.» — как и всегда, говорю правду.

Бэлла: «Опять за учебу? Да ты ж уже все знаешь. Лучше скажи, пойдем в пятницу на премьеру того ужастика? Там монстр из морских глубин, должно быть стремно до мурашек.»

Я: «Подумаю, ладно?»

Все же теперь у меня так много планов. Как вписать в них кино с подругой?

Бэлла: «Окей. Я волнуюсь за тебя. Точно все хорошо?»

Я (чувствуя тепло и улыбаясь думаю о том, что надо обязательно найти время для Бэллы): «Все хорошо. Ты лучшая подруга на свете. Спасибо тебе»

Бэлла: «Я сейчас заплачу. Серьёзно. Целую тебя»

Я: «И я тебя. Увидимся на занятиях»

Смотрю на часы в углу экрана и понимаю, что мне пора собираться на тренировку.

Час спустя подхожу к знакомому спортивному комплексу. В раздевалке приветствую девушек из другой группы, и переодеваюсь в белоснежное кимоно, подвязываю пояс.

— Юми, а ты уже знаешь? К твоему тренеру пришел новый ученик. Мужчина. Выглядит сурово, — улыбается одна из девочек.