Я оглядываюсь к окну и действительно вижу пробивающийся сквозь портьеры мутный серый свет. Уже светает.

Мы занимались сексом вчера. Или любовью. Или просто трахались — я не знаю, как это теперь называется у нас, но тело приятно ломит, когда я поднимаюсь с кровати и первой иду в душ. Давид присоединяется, заходит в просторную душевую, когда я намыливаю тело. Время от времени случайно касаясь меня, делает то же самое, а потом смывает пену с нас обоих теплой водой.

— Я заказал завтрак в номер, — говорит он, одеваясь.

— О, круто!...

Внимательно наблюдая за тем, как я укладываю волосы, он всё же не выдерживает и спрашивает:

— Все нормально? Ты не в духе.

— Нет — нет!... восклицаю с улыбкой, — Все нормально!

И я в духе, определенно в духе, просто пытаюсь навести порядок в своей голове!... И решиться наконец на откровенный разговор, потому что на вопросы, которые меня мучают вот уже два месяца, я так и не осмелилась потребовать ответы.

— Уверена? — склоняет голову, чтобы не упустить ни одной эмоции на моем лице.

— Уверена, Давид.

Капелька воды на его плече, дрогнув, срывается вниз, и мое сердце пропускает удар.

Я люблю его. Люблю так, как не смогу полюбить никогда и никого. Люблю всего его и все, что он собой олицетворяет. Люблю, как хмурится, порой душнит и давит. Люблю его голос и залом на щеке, когда он улыбается. Люблю его сухость и эмоциональную скупость и, мать его, долбанную принципиальность, которая разлучила нас на пять лет, тоже люблю!

— Главное, не молчи, поняла?...

— Поняла, — шепчу тихо и отворачиваюсь.

После завтрака в номере к назначенному времени мы спускаемся вниз и встречаемся в холле с Ириной Константиновной и Виталием. Если они и пытаются скрыть удивление при появлении их начальника, то удается им это паршиво. Особенно второму.

— Эмм... — Виталий протягивает руку Давиду и бросает на меня полный недоумения взгляд, — Доброе утро...

Мне приходится приложить все усилия, чтобы сохранить невозмутимый вид и не засмеяться.

— Доброе, — отвечает Росс как ни в чем ни бывало.

Начальник маркетингового отвела вежливо улыбается и здоровается с Давидом сдержанным кивком головы.

Потом они вдвоем уезжают на выделенном нам минивэне, а мы с моим бывшем мужем едем на его машине.

— Так и не скажешь мне, почему ты приехал?... — спрашиваю, пристегиваясь ремнем безопасности.

— Сегодня будут новички на нашем рынке...

— Серьёзно?...

Я не знаю, смеяться мне или поверить ему на слово и расстроиться. Я была уверена, что он приехал ко мне.

— Нет, — поворачивает ко мне голову, — Не серьёзно...

— Неужели соскучился?

Продолжая смотреть на меня, он молчит несколько секунд.

— Не хочу терять ни минуты, — отвечает наконец, — Я и так дохрена времени проебал...

Я впечатываюсь спиной в сидение и перевожу дух. Звучит настолько правдоподобно, что в моей изрешеченной броне появляется ещё одна дыра.

Мы прибываем почти вовремя. Сдаем верхнюю одежду в гардероб и входим в наполовину заполненный посетителями выставочный зал. Судя по всему, их сегодня ожидается куда больше, чем вчера. Желающие заключить договоры первыми, сюда съехались представители фирм даже с соседних регионов.

Играет музыка, и в воздухе витает общее предвкушение.

— Пройдемся? — предлагает Давид, опустив руку на мою поясницу.

Я киваю. У пресс вола одной из фирм замечаю наших сотрудников — кажется, они уже вцепились в кого-то зубами.

— Давид Олегович!... — раздается позади нас незнакомый мужской голос.

Невысокий плотный мужчина догоняет и приветствует его рукопожатием. Давид знакомит меня, представляя Ксенией, начальником договорного отдела, и не убирая при этом ладони с моей поясницы. Сергей, как он его представляет, все понимает и, не скрывая удивления, дергает обеими бровями.

— Кто это? — спрашиваю я, когда тот теряется в толпе.

— Мы работали с ним в прошлом году.

— Они наши конкуренты?...

— Нет. У него рекламное агентство.

Я догадываюсь, что этот Сергей знаком с Викторией, отсюда и удивление в его глазах. Меня не должно это задевать, но задевает. Представлять их вместе не стало менее больно.

Приветственное обращение организатора мероприятия начинается, когда мы подходим к сцене в центре зала. Он перечисляет названия компаний, которые будут иметь честь представить нам сегодня свою продукцию, а затем стартует самое интересное. Мы курсируем от павильона в павильону, и от азарта, который я чувствую, внутри все дребезжит. Если у нас получится заключить эксклюзивные контракты хотя бы с тремя из них, мы выйдем на первые позиции. Родимцев будет в шоке.

— Нам нужна эта линейка, — шепчу, задыхаясь от восторга, у стенда с образцами декоративной штукатурки, — Такого ни у кого нет!

— Она у нас будет, — говорит Давид уверенно.

— Боже!...

Втягиваю воздух носом вдруг вижу поверх его плеча Викторию. Ментальный удар под дых вышибает дух.

Она стоит всего в пяти метрах в компании мужчины и смотрит на нас. Я — на нее, мгновенно охватывая взглядом весь ее образ.

Элегантный костюм, маленькая сумочка и буклет в руке. В глазах холодная неприязнь, которая вроде не ненависть, но и далеко не равнодушие.

В моих, наверняка, то же самое, и поэтому я не могу ее в этом винить.

— Там... там Виктория, — говорю я, повернувшись так, чтобы она не могла этого видеть.

Глава 63

Глава 63

Ксения

Момент до тех пор, пока я не вижу в глазах Давида осознания, кажется, длится вечность. Он оборачивается, кивает Виктории, а потом смотрит на меня.

— Она здесь по работе.

— Я поняла.

Ударившая в голову кровь шумит в ушах и нагревает кожу щек. Не знаю, чего я ждала от этой встречи и зачем она мне вообще нужна, но в груди, плавя ребра, кипит кислота. Мне ведь всё ещё неизвестно, что сказал ей Давид при расставании. И ждет ли она его до сих пор.

— Мы можем уйти, если ты хочешь, — проговаривает он, склонив голову.

Я чувствую ее взгляд затылком. И посылаемую ею энергию тоже чувствую — колючую, обжигающе холодную. Ей не за что любить меня.

— Нет! — восклицаю тихо, — Я никуда не уйду!...

Об этом даже речи быть не может. Вряд ли встреча с бывшей Давида ранит меня сильнее, чем я была ранена пять лет назад. Все остальное я переживу.

И потом... я уже хочу получить ответы на некоторые вопросы.

— Хочешь поговорить с ней? — спрашивает Росс.

— Нет!... О чём?

Его пристальный открытый взгляд неожиданно успокаивает и вселяет уверенность — между ними точно все кончено. Я выдыхаю, и мы переходим к следующему павильону.

Потом я вижу Викторию ещё несколько раз, ее светло-русые, собранные в аккуратный хвост, волосы мелькают среди других голов то там, то тут.

Моя ладонь в руке Давида, и мы совершенно точно не выглядим, как начальник и подчиненная. Мой пульс постепенно приходит в норму, но внутри зреет решение узнать подробности, от которых я себя сознательно ограждала.

То, на что он рассчитывает, не предполагает недосказанности, верно?...

Давид принимает входящий вызов, а я отвлекаюсь на короткий разговор с Ириной Константиновной. Ее глаза горят азартом, а в руках стопка рекламных буклетов.

— Вы были у Манчестера? — спрашивает она, кивая в сторону соответствующего павильона.

— Были.

— Они нам нужны...

— Да, кажется у Давида Олеговича и там все схвачено, — улыбаясь, отвечаю тихо, — Надеюсь , договор будет наш.

Мы расходимся, Росс снова берет мою руку и, продолжая разговаривать по телефону, ведет меня к переходу в другой зал. Когда движущиеся друг навстречу другу потоки людей едва не закупоривают короткий коридор, мы сбавляем шаг и неожиданно сталкиваемся лицом к лицу с Викторией и ее спутником.

Непроницаемое лицо мужчины, тут же, узнавшего Давида, идет трещинами и изображает не совсем уверенную улыбку. Чуть ступив в сторону, он протягивает ему руку и здоровается. Виктория останавливается рядом и создает вокруг нас облако своих духов. Я смотрю на ее согнутую в локте руку и тонкий ободок кольца на среднем пальце.

— Не видел твоего имени в списке гостей, — говорит мужчина словно в оправдание.

— У тебя был к нему доступ?

Вместо ответа раздается глухой хмык. Ладонь Давида сжимает руку крепче.

— Как дела? — спрашивает Виктория с дежурной улыбкой в голосе.

— Отлично, — отвечает Росс, не задавая встречного вопроса и представляет нас с мужчиной друг другу, — Ксения... Алексей, наш финансист.

У меня выходит вежливо кивнуть. Как я и думала, они коллеги, и, конечно, Виктория и Алексей тут по работе.

— Идем? — тихо обращается к мужчине Виктория и вкладывает свою руку в его ладонь, тут же обозначая формат их отношений.

Душная теснота в моей груди исчезает за мгновение. Я делаю полноценный вдох и расслабляюсь. По затылку, плечам и рукам проносится волна мурашек.

Давид, обогнув их, как ни в чем ни бывало ведет меня дальше, однако голос Алексея догоняет у входа в следующий экспозиционный зал.

— Попов здесь!...

— Попов? — спрашиваю я, прильнув к его плечу, — Кто это?

— Зам... Я не знал, что он собирается сюда.

— Хочешь встретиться с ним?

— Как получится, — говорит Давид, оглядывая толпу поверх голов.

В этом зале несколько иная атмосфера, и павильоны здесь представляют производителей предметов интерьера и составляющих стилистики дома. Для меня, как для любой женщины, это безусловно интереснее, чем штукатурка или грунтовка для стен, но конкретно для нашей фирмы не так актуально, как первое.