Филли побледнела и начала дрожать, когда Екатерина при этих словах позвонила.

Дверь отворилась, и на пороге появились два здоровенных парня, телохранители Екатерины. По данному знаку они связали Филли, раньше чем она успела опомниться от страха.

– Отведите его в застенок Лувра и привяжите к брускам! – крикнула королева. – Я приду после первой степени пытки.

Стражники потащили несчастную вниз по винтовой лестнице.

В застенке с нее сорвали одежду.

– Это девушка! – воскликнули они пораженные, между тем как Филли от страха и стыда проливала горькие слезы. – Горб у нее поддельный!.. Об этом нужно доложить королеве.

Парни колебались чинить над девушкой кровавую расправу, предназначенную для мальчика; они остановились и смотрели на нее грубым, похотливым взором.

– Это что же такое? – воскликнула Екатерина, когда, войдя со своим духовником, заметила, что ее приказание еще не исполнено.

Но причина замедления была тотчас разъяснена ей.

– Женщина! – удивилась она, и ее лицо приняло демоническое выражение. – Бичуйте же ее! Если она умела скрывать свой пол, пусть поплатится за это.

Слуги привязали несчастную, и в несколько минут все прекрасное тело Филли было исполосовано до крови.

Девушка не издала ни единого звука, и, когда ее освободили, чтобы произвести дознание, ее зубы были судорожно сжаты.

– Ты признаешься теперь, кто ввел тебя в Лувр в день смерти Клары Монтгомери? – спросила Екатерина, смотря на жертву своей мести с нескрываемым выражением торжества и злорадства.

– Я сама вошла! – крикнула Филли, пронизывая королеву взором, полным ненависти. – Вы хотите умертвить меня на пытке, потому что я подслушала, как вы призывали дьявола к себе на помощь! Вы хотите убить меня за то, что я не хотела помочь вам изготовить яд для короля, вашего сына!

– Привинтите ее к тискам! – заскрежетала Екатерина, бледная от бешенства, так как заметила, что слуги стояли озадаченные.

– Слушайтесь ее! – крикнула Филли. – А завтра она будет вас пытать за то, что вы слышали мои слова.

– Вырвите ей язык! – бесновалась Екатерина и в пылу ярости схватила щипцы, чтобы собственноручно произвести это гнусное деяние.

Но духовник остановил ее.

– Оставьте, – шепнул он, – ваше негодование может показаться слугам признанием вашей вины, и хотя вы каждому можете дать отпор, но все же лучше уберечься от злой клеветы. Эта девушка упорна и не поддастся пытке. Не попробовать ли соблазнить ее обещаниями? Она должна отречься от своих слов, а там вы можете отомстить ей вдвойне.

Однако не успел он договорить, как постучали в дверь и посланец передал Екатерине пергамент.