Светлый фон

Я едва ли была разочарована, оказавшись на борту «Балтика» первого апреля 1922 года. Европа перестала быть мне домом. В будущем меня ждала Америка с огромными, безликими городами. Но на корабле, хоть я и проживала на третьем уровне, британский английский очень мне пригодился. Все-таки чему-то я у Волкова научилась. Когда мы причалили, я высадилась вместе с огромной семьей из Лонг-Айленда, плывшей первым классом; мы познакомились, когда я тайком пробралась в библиотеку корабля.

Я едва ли была разочарована, оказавшись на борту «Балтика» первого апреля 1922 года. Европа перестала быть мне домом. В будущем меня ждала Америка с огромными, безликими городами. Но на корабле, хоть я и проживала на третьем уровне, британский английский очень мне пригодился. Все-таки чему-то я у Волкова научилась. Когда мы причалили, я высадилась вместе с огромной семьей из Лонг-Айленда, плывшей первым классом; мы познакомились, когда я тайком пробралась в библиотеку корабля.

Все мои ресурсы, эмоциональные и не только, были истощены по дороге из России в Соединенные Штаты. Первую ночь я прорыдала в подушку ночлежки в Бауэри. На следующий день нашла работу – пошла горничной в отель «Уолдорф Астория».

Все мои ресурсы, эмоциональные и не только, были истощены по дороге из России в Соединенные Штаты. Первую ночь я прорыдала в подушку ночлежки в Бауэри. На следующий день нашла работу – пошла горничной в отель «Уолдорф Астория».

То, что я пережила с Адриком Владимировичем Волковым, подтвердило любимую фразу отца: с деньгами можно путешествовать, но с книгами – историями – можно узнать весь мир. Хоть граф и был тираном, он показал мне, что самое ценное, что может быть у человека в этом мире, – это хорошая история.

То, что я пережила с Адриком Владимировичем Волковым, подтвердило любимую фразу отца: с деньгами можно путешествовать, но с книгами – историями – можно узнать весь мир. Хоть граф и был тираном, он показал мне, что самое ценное, что может быть у человека в этом мире, – это хорошая история.

В детстве мне часто говорили, что я похожа на младшую великую княжну Анастасию Николаевну, у нее тоже были каштановые волосы и серо-голубые глаза. Я несколько раз ее видела – один раз в императорском Китайском театре, куда нас с папой и девушками из школы пригласили на балет «Спящая красавица». Мы вытягивали шеи, стараясь хоть краем глаза увидеть семью, которая расположилась на специально отведенных для нее местах, и хихикали от того, как матушка великих княжон ругала младшую за поедание шоколадных конфет в перчатках.