Гай ничего не понимал. Что же это за корабль, который, взорвавшись, разрушил город?

Гарриет покачала головой. Она ощущала, что не участвует в происходящем.

– Кажется, взрывом меня вышибло из тела, – сказала она. – Я еще не вернулась.

По Пирейской дороге бродили оставшиеся без крова люди с мешками и тележками. Те, кто уже сдался, расселись вокруг автобусной остановки, и Гай попытался расспросить их, но они были слишком потрясены, чтобы говорить, и просто качали головами в ответ. Принглы присоединились к беженцам, шагавшим по разбитому стеклу фонарей, окон и автомобильных фар. День был туманный, словно такой же оцепеневший от шока, как и люди вокруг.

В районе Монастираки они расстались. Гарриет отправилась в Бюро, тогда как Гай пошел в сторону школы. Каждому из них удалось кое-что выяснить о событиях прошедшей ночи.

Взорвался корабль, нагруженный тротилом. Его должны были разгрузить в воскресенье, но по неизвестной причине разгрузка затянулась. Он стоял у пристани и во время налета загорелся. Британский миноносец пытался отбуксировать его в море, но канат лопнул.

Два корабля всё еще находились в порту, когда начались взрывы. Миноносец был уничтожен вместе со всей командой.

– Это был саботаж! – воскликнул Бен Фиппс, войдя в отдел новостей.

Алан печально покачал головой, но спорить не стал.

Гарриет вспомнился моряк, который восседал на плечах греков с бутылкой в руках и гвоздикой за ухом. Вероятно, он был из команды погибшего миноносца. Он был обречен, подумала она. Человек на пороге смерти. Как и Сюрприз. Он помнился ей доблестным, но словно бы бестелесным – как будто уже начавшим исчезать из жизни. Но все они стояли на пороге смерти. Ей казалось, что взрыв слишком сильно вышиб ее из колеи. Возможно, теперь она вовсе не сможет вернуться к реальности.

– Канат порвался трижды, – продолжал Фиппс. – Трижды! Вы только подумайте! Специально предназначенный для подобных случаев канат. Порвался трижды.

Якимов, изможденный страхом и недосыпанием, спросил слабым голосом:

– Но кто же на такое способен, дорогой мой?

– А вы как думаете? Прогермански настроенные горожане, конечно. Пятая колонна. Их тут полно. Сейчас они обзванивают всех подряд и говорят, что будут и другие взрывы. Куда сильнее. Вечером увидите, говорят они. Люди так напуганы, что готовы поверить чему угодно. Вся работа встала. Существует вполне реальная угроза паники.

Якимов был потрясен услышанным.

– Но откуда же взялись эти прогерманские жители?

– Они были тут всё это время.

– Всё это время, – повторил Якимов. Все они одновременно ощутили, что на самом деле Греция была куда более чуждой страной, чем им казалось. Они жили среди союзников, все улыбались им и, казалось, любили их. Но не все друзья оказались настоящими друзьями, не все союзники – союзниками. Некоторые из них улыбались так же тепло, как и другие, но втайне шагали под другим флагом и втихомолку радовались успехам другой стороны.