— Он тя купил, что ль? Чай, свободна, кто люб, за того и ступай.

И сказала тогда девица, хмуря чело:

— Ратша мне люб. А ты — ты, ведаю, парень справный. Дак ты не плачь, не горюй. Сыщешь себе невесту. В Чернигове у нас красных девок хватает.

Отступил Талец, шатнулся посторонь, глянул на прощанье с тоской неизбывной, с нежностью такою, что аж захолонуло у Миланы сердечко.

После как-то разговор этот забылся, но сейчас почему-то вспомнился ей опять Талец — и с чего бы? Говорят, теперь он в дружине у князя Всеволода, уже и на Волынь ездил, и на половцев хаживал. Хороший парень, но Ратше не ровня. Такого, как Ратша, во всей Руси не сыщешь.

Спешила Милана домой, холодно было, тёрла она рукавичкой носик, постукивала сапогами по узкой дорожке. И не заметила сразу, как выехал навстречу на мышастом прядущем ушами жеребце вершник.

Пригляделась Милана, узнала боярина Яровита. Странный боярин, холодный, в чёрных глазах будто недобрый ветер гуляет. Шапка низкая, с бобровой опушкой, кафтан на запястьях обручами серебряными перехвачен, поверх кафтана кожух из волчьего меха, длани жёлтые, сухие, с перстами долгими, без рукавиц, и взгляд какой-то словно насквозь пронизывающий.

Отчего-то тревога охватила Милану, страх необъяснимый волной по телу прокатился, жарко, душно стало Милане от боярских глаз чёрных, а почему, не понять. Сердцем чуяла девица недоброе.

— Здрава будь, боярышня! — молвил, останавливая коня, Яровит. — Смотрю, плывёшь белой лебёдушкой по дорожке. Слышал, к свадьбе готовишься. Дело хорошее.

Вроде ничего худого не сказал боярин, а не по себе было Милане.

— И ты здрав будь, — дрожащим голосом ответила она и бегом метнулась от него, уже не видя, как поворотил скакуна и глядит Яровит ей вослед.

Тоже чуял неладное что-то боярин, знал — не раз столкнёт его жизнь с этой красовитой девкой.

Согрел Яровит дыханьем зябнущие ладони; пустив коня шагом, поехал вдоль стены детинца — проверял он сторожевые посты.

Глава 70 МЕЧТЫ ЯРОВИТА

Глава 70

МЕЧТЫ ЯРОВИТА