– Все по порядку, милая. Где твоя спальня?

– На втором этаже.

– Черт, – сказал он, – придется мне попотеть.

– Это будет стоить того. Обещаю. – Нина куснула его за мочку уха.

Он подхватил ее на руки и понес наверх, в их с сестрой бывшую детскую.

– Чирлидерша, значит? – спросил он, кивнув на красно-белые помпоны, которые пылились в углу. – Почему я об этом ни разу не слышал?

Она расстегнула на нем рубашку и стала исступленно его раздевать, в сладостном томлении предвкушая его прикосновения. Когда они оба, голые, упали на кровать, он принялся ласкать ее с той же исступленностью. Он разжигал в ней огонь, по-другому не скажешь. Оргазм был таким ярким, что Нине показалось, будто она взорвалась.

Дэнни перекатился на бок, оперся на локоть и посмотрел ей в глаза. Его загорелое лицо избороздили морщинки, возле глаз они напоминали крошечные порезы. Черные кудри взлохматились. Он улыбался, но словно бы чуть натянуто, и в его взгляде сквозила грусть.

– Ты спросила, почему я приехал.

– Даже не дашь отдышаться?

– Ты уже отдышалась, – ответил он.

По этим словам и по его взгляду она сразу все поняла.

– Ясно. – Нине стоило труда спокойно посмотреть ему в глаза. – Так почему?

– Я был в Атланте. Подумал, что стоит доехать и до тебя.

– В Атланте? – переспросила она, хотя прекрасно знала, что это значит. Это понятно любому журналисту.

– Си-эн-эн. Они предложили мне собственную авторскую программу. Экспертный анализ событий в мире. – Он улыбнулся. – Я устал, Нина. Я уже пару десятков лет мотаюсь по свету, простреленная нога вечно ноет, и мне надоело пытаться поспеть за молодежью. Но больше всего… я устал постоянно быть в одиночестве. Я не против кататься по миру, если бы было куда возвращаться.

– Поздравляю, – пробормотала Нина упавшим голосом.

– Выходи за меня, – сказал он, и она едва не расплакалась, глядя в его серьезные глаза. В голове пронеслась нелепая мысль: нужно было чаще его фотографировать.

– Если я скажу «да», – она дотронулась до его лица, провела пальцами по непривычно гладко выбритой коже, – то сможешь ли ты отказаться от Си-эн-эн и поехать со мной жить в Африку? Или на Ближний Восток, или в Малайзию? Так, чтобы я могла в любой день сказать: «Хочу настоящей тайской еды», и мы бы тут же сели на самолет?