– Милая, у нас с тобой уже все это было.

– И чем же мне заниматься в Атланте? Печь персиковый пирог и ждать тебя дома, держа наготове стаканчик скотча?

– Перестань. Я же знаю тебя.

– Уверен?

Она чувствовала себя так, будто падала в пропасть. В глазах щипало, а желудок скручивало. Разве может она сказать ему «да»? Разве может сказать «нет»? Она любит его, вне всяких сомнений. Но как быть со всем остальным? Семья, домик в черте города или в предместье, постоянный адрес? Как она такое выдержит? Сейчас она ведет жизнь, о которой мечтала. Она просто-напросто неспособна пустить корни, это для людей вроде ее отца или сестры, для людей, которым требуется надежная твердая почва под ногами. И если бы Дэнни действительно ее любил, он бы это понимал.

– Поехали со мной в Атланту на выходные. Поспрашиваем людей, посмотрим, какие там есть варианты. Ты же фотограф с мировым именем, черт побери. Да они передерутся за возможность нанять тебя. Прошу тебя, милая, прошу, дай нам шанс.

– Я еду на Аляску с мамой и Мередит.

– Я привезу тебя обратно к нужному времени, обещаю.

– Но… мамина сказка…. Я должна еще кое-что изучить. Я не могу сейчас уехать. Может, через две недели, когда мы вернемся…

Дэнни отстранился.

– У тебя всегда найдется новый горячий сюжет, да, Нина?

– Зачем ты так? Речь идет о семейной истории, и я обещала отцу. Нельзя просить меня все это бросить.

– Разве я об этом прошу?

– Ты знаешь, о чем я.

– Мне-то казалось, я предложил тебе выйти за меня, но ответа не получил.

– Дай мне время.

Дэнни наклонился и поцеловал ее, на этот раз поцелуй был медленным, нежным и грустным. Когда он привлек Нину к себе и они снова занялись любовью, она открыла для себя то, чего прежде не знала: секс может выражать очень многое, в том числе прощание.

Мередит много лет не была в отпуске без Джеффа и девочек. Складывая и перепаковывая чемодан, она все сильнее загоралась предстоящей поездкой. Она всегда мечтала побывать на Аляске.

Так почему же до сих пор этого не сделала?