— Вылетайте в Ставку, — прервал маршала Верховный, — тут всё и решим.

«Не по душе Иосифу Виссарионовичу, когда ему возражаешь», — грустно подумал Жуков и положил трубку на аппарат, потом вошёл в штаб.

— Что, уезжаете, Георгий Константинович? — спросил у него подошедший командующий фронтом генерал Конев.

— Я бы ещё побыл у вас, Иван Степанович, но вызывает Верховный, — сообщил Жуков. — Кстати, он просил передать вам и генералу армии Ватутину, что отдал распоряжение направить на ваши фронты танки и пополнение.

Конев улыбнулся во всё лицо.

— Так это как раз то, отчего болела все эти дни моя душа! — воскликнул он. — Танки — это то, что лечит меня. Я уверен, что и Ватутин запляшет от такого известия.

— Позвони ему, Иван Степанович. У меня уже нет времени, самолёт на старте, а мне ещё надо ехать на аэродром. — Жуков на прощание подал Коневу руку. — Ни пуха тебе, Ванек, ни пера. — Он улыбнулся краешками губ, а мысленно уже видел себя в Москве, в кабинете вождя. — Я скоро снова сюда приеду, так что не скучайте, коллеги!..

Прилетел Жуков в Москву во второй половине дня и, не заезжая в Генеральный штаб, как часто он делал это, прибыл в Ставку. Его встретил помощник вождя Поскрёбышев, который сообщил, что у товарища Сталина только сейчас закончилось совещание с членами Государственного Комитета Обороны.

— Чему было посвящено совещание? — спросил Георгий Константинович.

— Речь в основном шла о производстве танков и самолётов во втором полугодии сорок третьего года, — сказал Поскрёбышев и совсем тихо добавил: — Кое-кому досталось на орехи... Танки и самолёты всё ещё делают с браком.

— А нарком танковой промышленности генерал Малышев был? — спросил Жуков.

— А как же, он тоже выступал на совещании и говорил о танках, — пояснил Поскрёбышев. — Но из кабинета Хозяина он ещё не вышел.

«Надо мне спросить у него, обсуждался ли в наркомате рапорт генерала Ротмистрова, — подумал Жуков. — Не то сразу после беседы с Верховным улечу на фронт, и нечего мне будет там сказать Ротмистрову. А сказать необходимо, уже пришло время».

Маршал Жуков шагнул в кабинет вождя. Хотел, как всегда, доложить по всей форме о своём прибытии, но Сталин, увидев его, воскликнул:

— А вот и товарищ жуков явился! Проходите и садитесь. Прошу всех членов ГКО задержаться. И наркомам тоже... Послушаем исполняющего обязанности начальника генерального штаба генерала армии Антонова. Он проинформирует нас о ходе наступления на фронтах и направлениях.

Антонов был краток, но точен и свои слова подкреплял показом на оперативной карте тех огненных рубежей, о которых говорил и где предстояли тяжёлые бои. Однако сведения, которые он сообщил, не вызвали оптимизма у тех, кто был на совещании.