— Твой сын Павел уже служит на соседней заставе командиром огневого взвода, — сообщил Лавров. — Я виделся с ним. А ты?

— Увидеться с ним мне ещё не довелось. — Шпак облегчённо передохнул. — Как же он попал на Воронежский фронт, да ещё в наш полк? — Старшина недоумённо пожал плечами. — Вы не в курсе?

— В курсе, — усмехнулся Лавров. — Помните, я говорил вам, что попрошу генерала Иванова написать начальнику военной академии, чтобы Павла направили на Воронежский фронт, где проходит службу в артполку его отец? И Семён Павлович пошёл мне навстречу — начальник академии был ему знаком. Всё было сделано честно и благородно.

— Вот уж не знаю, как мне вас благодарить, — зарделся Шпак.

— А если Карпов переведёт Павла служить на вашу батарею?..

— Только не это, — суровым тоном прервал майора Шпак. — Я не хочу делать сыну поблажки, пусть служит так, как служат его сверстники.

— Я тебя не понимаю, старшина, — заявил Лавров.

— Если Павел сделает на огневой позиции не то, что надо, я не смогу его наказать. Пусть у него будет другой командир. Для пользы дела так лучше.

— Ах вот что! — воскликнул Лавров. — Есть зерно истины в твоих словах. А я как-то об этом не подумал... Садись, Василий Иванович, да поедем. — Лавров открыл ему дверцу машины. — Когда утром мы ехали на станцию, нас атаковал «юнкере». Выскочил из-за туч и открыл огонь из пулемёта, но в нашу машину не попал. Бомб у него, видимо, уже не было, где-то их побросал. Чтобы не рисковать, мы сразу свернули в лес, и «юнкере» нас уже не преследовал.

— А вот санитарную машину, вёзшую в госпиталь раненых, среди которых был и наш командир батареи капитан Кольцов, «юнкере» не пощадил и бросил в неё бомбу, — грустно произнёс Шпак. — Все погибли, в том числе и наш Кольцов. Жаль мне его до сердечной боли.

— Знаю, что Кольцов был твоим другом, — отозвался Лавров. — Вместе с ним вы сражались под Москвой в сорок первом...

Вскоре «виллис» подъехал к блиндажу, крыша которого была замаскирована ветками деревьев, и остановился.

— Приехали, Василий Иванович! — подал голос Лавров, повернув к нему голову.

Шпак вышел из машины, поблагодарил Лаврова.

— Обещаю, что в следующем бою в вашу честь уничтожу фашистский танк! — не то в шутку, не то всерьёз сказал он.

Лавров нашёлся:

— Почему один танк? Я хочу два! — И он звонко засмеялся.

Полковник Карпов сидел за столом и что-то писал. Скрипнула дверь, и на пороге он увидел старшину Шпака. Карпов молодцевато вскочил с места.

— Кого я вижу! — воскликнул он. — Проходи, старшина, и садись!

Шпак молча сел, у ног поставил свой вещмешок, потом поднял глаза на командира полка.