Его грудь призрачно-бледная по сравнению с загорелым лицом и предплечьями. С проказливой улыбкой он быстро стаскивает оставшуюся одежду – пыльные ботинки, рабочие брюки, посеревшее нижнее белье – голышом бежит по гальке к морю. Флосси слишком удивлена, чтобы оскорбиться. Внезапный счастливый крик, когда он врезается в воду, заставляет ее саму громко рассмеяться. Затем она подносит ладони к лицу и оглядывается. На пляже по-прежнему никого.

Ганс радостно плещется, как собака, затем отплывает от берега, прежде чем обернуться на нее из воды. Смена стихии будто освободила его: открытое лицо, всегда готовое к улыбке, вдруг обрело новое выражение. Он больше не привязан к почве, больше не на английской земле. Он манит ее.

И снова ее руки будто обрели независимость. Она все еще смотрит на Ганса в воде, чувствуя удивление от его смелости, но ее пальцы уже начали расстегивать блузку сверху донизу. Так происходит со всеми встречающимися пуговицами, с застежками и молниями. Если не опускать на себя глаз, легко снять расстегнутые предметы одежды один за другим и позволить им упасть на пляж.

Оставив на себе нижнее белье, она осторожно спускается по гальке к кромке воды. Она никогда не плавала обнаженной, даже ребенком. Дигби и Кристабель не заботились об одежде, но Флосси была скромнее. (Хотя, приходит ей в голову, пока она заходит в море, сомнительно, чтобы Дигби или Кристабель когда-либо плавали с голым немецким военнопленным.)

Вода холоднее, чем она ожидает. Она обнаруживает себя на цыпочках, хватающей ртом воздух, но заставляет себя погрузиться под воду. Она быстро плывет к тому месту, где стоит Ганс, и кричит:

– Не помню, когда в последний раз плавала в море! – будто они развлекаются на выходных. Он качает головой, привлекая ее внимание к тому, что она так и не сняла косынку. Она безуспешно пытается развязать ее, стоя в воде чуть согнувшись, чтобы держать себя под поверхностью, пока он не склоняется к ней и не тянется к ее шее руками, чтобы осторожно развязать узел.

И раз его руки уже обвивают ее, кажется таким простым опустить ладони ей на затылок, начать мягко гладить кожу большим пальцем. Их лица теперь так близко, и кажется естественным быстро наклониться, будто ныряя под что-то, прижать свой рот к ее.

Они стоят в этой позе, осторожно разведя тела, пока море движется вокруг, но и у поцелуя есть своя центробежная сила, и она побуждает их медленно придвинуться друг к другу, пока тела их не встречаются – под водой и над ней. Флосси прижимается к нему, сперва чтобы скрыть себя, а затем – потому что ей хочется.