– Это простой перелом.

– Конечно.

– Должен зажить за четыре очень скучные недели.

– Как насчет поездки в Чилкомб?

– Мне нужно было бы забронировать увольнительную.

– Я уже поговорил с твоим командиром. Он согласился, что злой и раненой Кристабель Сигрейв лучше бы провести несколько дней на природе, чем топтаться тут. Леон ждет у ворот с машиной. Собирай вещи.

Машина армейская, «Хамбер» цвета хаки с длинным капотом и массивными крыльями. Двигатель включен: эффективный рокот. Приближаясь, Кристабель видит, как одетый в форму Леон курит на водительском месте, тогда как Перри на пассажирском сиденье перебирает документы в папке. Кристабель открывает заднюю пассажирскую дверь, забрасывает свой вещмешок на заднее сиденье, затем забирается сама.

– Отправляемся, – говорит Перри, закрывая папку, и автомобиль набирает скорость по подъездной дорожке в вихре из листьев.

Кристабель смотрит из окна, пока они едут по окрестным деревням. Это гражданский мир, занятой и незнакомый, более не населенный ими: место продовольственных книжечек, плиточных каминов и лотерей для местного фонда «Спитфайров».

Она замечает, что Леон смотрит на нее в зеркало заднего вида. Она встречает его взгляд прямо, с поднятыми бровями, прежде чем демонстративно обернуться к окну. Когда она проверяет несколько мгновений спустя, он будто бы следит за дорогой, но затем снова бросает взгляд на зеркало – дать ей знать, что в курсе этого. Его полуулыбка выводит из себя. Она чувствует странное неравенство – женщина, которую везут на заднем сиденье автомобиля, когда двое мужчин сидят спереди. Она хочет сложить руки на груди, но гипс служит помехой.

– Дигби в Чилкомбе, – говорит Перри, оборачиваясь к ней.

– Что? Он вернулся из Африки?

– И даже целым.

Кристабель выдыхает.

– Слава богу.

Перри снова поворачивается к дороге со словами:

– Строго говоря, лейтенант Сигрейв вернулся в Англию какое-то время назад, но мы не давали ему продыху. Дополнительная подготовка. Он уедет со мной завтра, но я подумал, что ты захочешь с ним встретиться.

– Спасибо, – говорит она. – Какая подготовка?

– Дополнительная, – отвечает Перри с улыбкой в голосе.

Они проезжают Миддлсекс и Хэмпшир, затем спускаются к вихляющим дорогам Дорсета. Кристабель чувствует, что Леон время от времени поглядывает на нее, но больше не беспокоится об этом. Они движутся на юг, проезжая мимо домиков с соломенными крышами, зданий почты, армейских лагерей. Три года войны измотали страну: краска на пабах слезает; старые плакаты Военного министерства свисают с телеграфных столбов. На дорогах почти нет другого транспорта, только редкие автобусы или армейские грузовики и, раз или два, запряженный лошадьми фургон, доверху уложенный сеном.