– Да, не такая, поскольку с ней я понимаю, что происходит. Понимаю, чего она от меня хочет.

Она тоже встала и повернулась к нему лицом:

– Ладно. Продолжай. Чего она от тебя хочет?

– Она хочет… не знаю. Гулять в горах и устраивать пикники. Славно проводить время.

– Как мило, Калеб. Рада, что ты наконец встретил такую чудесную девушку.

Его взгляд пронзил ее, как шило:

– Она хочет моей любви.

Мэриен никак не могла отдышаться. Она понимала, Калеб толкает ее к тому, чтобы она спросила, дал ли он девушке то, чего она хочет. Но она не спросит. Она чувствовала себя тихо рычащей собакой.

– Ты собираешься жениться на ней?

Калеб вздрогнул.

– Значит, ты такой же, как все остальные. Будешь жить в симпатичном домике с симпатичной женщиной, народишь кучу детишек, а по вечерам в тапочках и с трубкой будешь читать газеты.

– Я не знаю! – Почти крик: – Чего ты от меня хочешь? Чтобы я сидел тут наготове, на случай если вдруг потребуется отвезти тебе письмо? Ты даже ни разу не поблагодарила меня. Или ждать, когда тебе понадобится человек, который скажет тебе, дескать, ты, делая то, что хочешь и когда хочешь, даже если это наихудшее из возможных решений, абсолютно права? Или ждать, когда ты захочешь трахнуть меня раз в пять лет? А потом опять уедешь, даже не попрощавшись.

Калеб развернулся и быстро отошел, затем присел на корточки, закрыв голову руками. Мэриен подошла к нему, опустилась на колени в грязь. Он откинулся, потянув ее за собой. Обнял крепко, до боли. Одной рукой она схватила его за косу и потянула ее.

– Прости, – буркнула она ему в плечо. – И спасибо, что привозил мне письма.

Он долго молчал, зарывшись лицом в ее шею, прижавшись к ней. Наконец сказал:

– Сейчас ты попрощаешься.

– Нет.

– Но ты же уезжаешь.

Ткнувшись ему в грудь, Мэриен кивнула.