С той же скоростью, с какой собирался Иоанн в Новгород, заспешил он назад, наспех завершив самые срочные дела, передоверив их наместникам. Обошёлся на этот раз без торжественных и многолюдных проводов с трапезами и подарками, не забыв, правда, взять с собой в обоз самое ценное, отнятое у казнённых и высланных, в том числе и новгородские святыни — чудотворные иконы. Взял он с собой и новгородских попов Дионисия и Алексия, которые покорили его своей грамотностью, начитанностью, умением мыслить, а главное, своей преданностью ему, государю Московскому. Кроме того, они были уверены и имели доказательства, что никакого конца света на Руси, который все предсказывали и ожидали в 7000-м году, то есть через тринадцать лет, не предвидится. Это вселяло оптимизм. Хотел Иоанн прихватить с собой и протопопа Святой Софии Гавриила, да отложил до другого случая: надо было оставить своего человека в самом сердце всё ещё враждебного ему города. А Гавриил доказал свою преданность Иоанну, рассказав всё известное ему о недругах Москвы, в том числе и о архиепископе Феофиле.
Иоанн уехал, Новгород же, раненный в самое сердце, остался оплакивать своё горе.
Глава XIV ГРОЗА НАД МОСКВОЙ
Принимая все меры предосторожности, высылая во все стороны разведку, чтобы ненароком не столкнуться с войсками братьев, Иоанн спешил домой. Все эти дни он напряжённо думал: что побудило братьев-заговорщиков собраться в Угличе? Если не желание идти на Москву, то что же? Может быть, они не знают о событиях в Новгороде? Навряд ли! Скорее всего, в самом деле хотят напасть на Москву, надо опередить их!
13 февраля, в неделю сыропустную, то есть в воскресенье, Иоанн был уже дома. Братья с полками в это время поднимались из Углича и теперь уже объединёнными силами двинулись ко Ржеву, где их ждало семейство Бориса. Андрей Угличский также взял с собой семейство — жену, детей и весь свой двор. Государь через сыщиков внимательно следил за всеми их передвижениями. Слушая различные сообщения, он благодарил Бога и свою решительность, что опередил братьев и Казимира, что успел усмирить и укрепить Новгород. Опереди они его, ещё неизвестно, как обернулось бы дело. Новгородцы скорее всего приняли бы мятежных князей, призвали Казимира, тот вряд ли бы отказал, видя столь мощный заговор против Иоанна. Тут уж не обошлось бы без большой крови. Теперь же Новгород лишился своих главных бунтарей, кроме того, великий князь оставил там своих надёжных воевод и наместников, среди которых был верный ему князь Василий Фёдорович Шуйский, уважаемый новгородцами. И всё же волнение не покидало его.