— Прошу тебя, государь, не осуди моего худоумия, ибо берусь советовать мудрейшему. Тут вот напомнили, — Вассиан недобро глянул на толстяка Ощеру, — что великий князь Дмитрий Донской бежал от Тохтамыша, и тебя этим запугивают. Но сначала ты вспомни, как этот твой прародитель великое мужество и храбрость показал на Дону над теми же сыроядцами окаянными! Сам наперёд бился, не пощадил живота своего для избавления христиан, не испугался множества татар, но, не сомневаясь нимало, воспрянул на подвиг, наперёд выехал и лицом стал напротив окаянного разумного волка Мамая, желая восхитить из уст его словесное стадо христианских овец. За это и Бог послал ему на помощь ангелов и мучеников святых; за это и до сих пор восхваляется Дмитрий и славится не только людьми, но и Богом. Так и ты поревнуй своему прародителю, и Бог сохранит тебя; если же с воинством своим и до смерти постраждешь за православную веру и святые церкви, то блаженны будете в вечном наследии...

Вассиан хотел ещё что-то сказать, но горло его перехватило от избытка чувств, и он замолк, опустив свои повлажневшие глаза.

— А ты что скажешь, Михаил Андреевич, — обратился Иоанн к дядьке своему, князю Белозерскому, внуку Дмитрия Донского.

— Я готов с оружием постоять за землю нашу русскую, — негромко, но твёрдо молвил немолодой уже, располневший и поседевший князь. Думаю, государь мой, мы сможем одолеть супостата.

Высказались ещё несколько старейших бояр, поддержавших необходимость обороняться.

— А ты, Григорий, что молчишь? — обратился Иоанн к своему осторожному и умному советчику, опытному в житейских делах боярину Григорию Андреевичу Мамоне.

Тот, поколебавшись какое-то мгновение, погладив руками свой объёмный живот, решил ответить откровенно:

— Прости, государь, меня за мою дерзость, мне было бы проще согласиться с иными храбрецами и сказать тебе, мол, иди и сразись, но я, памятуя об истории нашей, хотел бы предостеречь тебя. Вспомните, сколь храбр и горд был герой Литовский, великий князь Витовт, завоевавший много русских городов. Было у него огромное войско, много храбрых воевод, огнестрельное оружие. Он нисколько не сомневался в своей победе над ханом Тимуром. Однако разгромили его враги в бою у реки Ворсклы. Хотел Витовт удивить мир, а снискал один стыд, лишился войска, оставил беззащитными свои владения, начал платить дань непомерную. А ведь хан предлагал ему почётный мир ещё до сражения! Или вспомни отца своего Василия Тёмного! Вспомни пленение его татарами в Суздальском бою и к каким тяжёлым последствиям привело это? Не лучше ли договориться о мире и откупиться посильными средствами, как это делали предки наши, чем терять лучшие силы русские на полях сражений?