Бомбардировка закончилась.

Наступило затишье.

Дети уснули, а когда проснулись, Рива отдала им шоколад.

И снова тишина.

Недолгая, нарушенная негромким стоном, а потом криком. Рива могла лишь представлять боль, испытываемую женщиной. Она взяла мальтийку за руку и попыталась успокоить словами, но та отчаянно молила о помощи. Сколько продлятся схватки, Рива понятия не имела.

Женщина задышала медленнее. Лоб покрылся потом.

Рива с тяжелым сердцем ждала и молилась.

В их заваленной части убежища становилось то холоднее, то жарче. Так холоднее или жарче? Рива не понимала. Мозг буравила другая мысль: надолго ли хватит воздуха? К этой мысли примешались другие. Их гонка продолжалась, пока у Ривы не закружилась голова. Ей стало все равно, где она находится. Захотелось закрыть глаза и провалиться в сон.

Но темноту прорезал пронзительный, яростный вопль. Звук, который не спутаешь ни с чем. Младенец, родившийся без чьей-либо помощи. Сонливость пропала. Рива потянулась к пространству между поднятыми коленями женщины. От волнения и изумления у нее заколотилось сердце. Она нащупала крошечного извивающегося младенца. Развязав свой шарф, Рива запеленала младенца и протянула сверток матери. Мальтийка что-то быстро говорила. Рива не понимала о чем, но уловила слово «послед».

Ну конечно. Она знала о существовании последа и ждала, надеясь, что пуповина оборвется сама собой.

Женщина вскрикнула, затем послышался звук льющейся жидкости. Кровь? Никак у нее открылось послеродовое кровотечение? Далее Рива услышала другой звук: как будто выскользнуло что-то мокрое.

Роженица раздвигала пальцы на манер ножниц, несколько раз произнеся слово «обрежьте».

У Ривы при себе не было ни ножа, ни ножниц. Или все-таки были, маникюрные? А если она не сумеет перерезать пуповину? А если это опасно? Она ничего не соображала в родовспоможении. «Быстрее! – мысленно торопила она себя. – Быстрее!» Положив фонарик на пол, Рива дрожащей рукой полезла в сумку и едва не вскрикнула от облегчения. Расстегнув молнию внутреннего кармана, она достала маникюрные ножницы, лежавшие вместе с тюбиком губной помады, взяла фонарик и осмотрела послед. Тот был пурпурного цвета, похожий на кусок печенки. Новый вопрос: в каком месте резать пуповину? Женщина показала: выше. Ножничками, предназначенными совсем для других целей, Рива принялась резать неподатливую пуповину. Роженица сердито сопела. Когда Риве удалось перерезать пуповину, женщина жестом показала узел и подняла ребенка вверх, стащив с него шарф. Рива быстро перевязала пуповину вблизи младенческого животика. Все это время она действовала, затаив дыхание, и только теперь позволила себе долгий, судорожный выдох.