На улице льёт дождь. Целых две недели стоит серая погода. Сыро и скучно. Выпал было снег, но скоро растаял. Скоро он пойдёт опять и на этот раз останется. Осень уже давно прошла. Сегодня я несколько часов пробыл на реке, присматривал под проливным дождём за транспортами для армии герцога. Когда суда отплыли, я ещё оставался на пристани, продолжая глядеть на запад, где небо, вода и берег слились в одну серую массу.
Дождь перестал, и вдруг, как бы отвечая на какой-то вопрос, облака рассеялись и на небе засверкало горящее светило. Мягкие отблески света тихо заиграли на воде. Как будто по слову Господню непогода утихла: «Горе вам маловерным».
С океана прилетала целая стая чаек и, не теряя времени, понеслась на сушу, не обращая внимания на нависшие над нею облака.
Они смело направились на туманный восток, зная наверно, что не всегда же будет там мрак. Ибо на востоке за полосой мрака живёт утро. Утро! Увижу ли я тебя? И когда?
Опять льёт дождь.
Ночью видимы были звёзды, но с раннего утра полил дождь и льёт упорно и без перерыва. Прохожие на улицах идут быстро, спеша поскорее добраться до дому. Одна только собака, по-видимому, потеряла дорогу и бегает туда-сюда по площади, напрасно стараясь найти какое-нибудь убежище. В скверную погоду Голландия — весьма печальная страна.
Сегодня был день, чреватый последствиями. — хорошими или дурными, это я узнаю завтра.
Хочу записать всё, что случилось.
Было около десяти часов, когда я перестал писать и отложил перо. Настроение моё переменилось, и я чувствовал, что писать мне больше не хочется. Я подошёл к окну и стал смотреть — на мокрые крыши, на мостовые, на которых стояли целые лужи воды. Всё это имело безнадёжный вид. Мне пришёл на ум мой обед в одиночестве, и я невольно вздохнул. Я полагаю, что не в моих привычках поддаваться настроению, однако бывают минуты, когда жизнь кажется тяжелее, чем прежде.
Вдруг за тёмной колокольней церкви Святей Гертруды небо сразу изменило свой цвет. Сначала я подумал, что зрение обманывает меня, но нет. Сквозь тонкую сетку дождя сначала показался клочок бледно-голубого неба. Затем мягкий голубой цвет сменился серым. Через минуту облака прошли, и на этом месте явилось ярко-голубое пятно, быстро расширявшееся всё больше и больше. Через полчаса с того места, где я стоял, не видно было уже ни одного облака. Только колокольня церкви Святой Гертруды продолжала темнеть на ярком фоне неба, но и на ней, на её южной стороне, появились золотые пятна, сотканные лучами солнца, а крыша и карниз блистали серебром по всем контурам.