— Надеюсь.

— Я это знаю.

— Но откуда?

— Я рассмотрела сиденье фургона ее дяди.

— И что это вам дало? — Молли взглянула на жену полковника так, словно та вдруг стала совсем другим человеком.

— Сиденье потерто с дальней стороны. О характере человека можно узнать по тому, как он сидит в фургоне. Щедрый человек всегда сидит сбоку, чтобы оставалось место для попутчиков, которых он может подобрать по дороге. Скупой садится посередине. С ней все будет хорошо.

Когда фургон проехал последние здания, Надуа начала оглядывать холмы в поисках следов Странника и его отряда. Ее уши напряглись в ожидании его сигнала. Она вниматель-но слушала каждый птичий крик. Надуа знала, что он придет за ней, но также понимала, что попытка напасть на форт не принесет результата. Она попыталась представить, какова вероятность того, что он найдет их небольшой отряд. Он не сможет выследить ее, хотя она и настояла на том, чтобы сохранить свою кобылу, в надежде, что Странник наткнется на след ее копыт. Местность вокруг форта была настоящим лабиринтом тропинок, оставленных отрядами лесорубов, водовозов и охотников. Здесь же были следы людей, вывозивших мусор на телегах и сваливавших его в окрестные овраги. Тут проходили патрули и обозники, маркитанты, торговцы и просто гости. Встречались вытоптанные участки, на которых военные по воскресеньям проводили скачки, и тропинки, которые вели к «квартирам» — небольшому скоплению хижин, служивших приютом проституткам. Но хоть она и понимала, насколько безнадежно ее положение, она не переставала искать и воображала, как он выскочит из-за густых зарослей можжевельников и дубов, которыми были покрыты холмы. Она не раз представляла себе эту сцену, пока мулы неторопливо шли вперед.

В то самое время, когда Надуа медленно ехала на восток вместе с дядей, Странник совещался с Глубокой Водой, Хромой Лошадью и другими членами совета племени. Они собрались вокруг костра у входа в большую известняковую пещеру, защищавшую их от северного ветра. Было слышно, как в глубине пещеры громко жалуется подругам Изнашивающая Мокасины. Было похоже, что она собирается организовать собственный набег, чтобы отомстить белым за нападение.

Семьи собрали те немногие вещи, которые удалось спасти из старого лагеря, и бежали сюда. Теперь они держались вместе — кому посчастливилось, укрылись в этой пещере и в соседней. Остальные поставили временные шалаши из кустов, шкур и одеял. Они делились едой, но ее было мало. Несколько коробок пеммикана избежали огня и по какой-то причине остались нетронутыми зверьем. Причина выяснилась, когда женщины вскрыли коробки: белые помочились туда, испортив всю еду.