Игор рыпнулся, чтобы схватить отложенный Ирой на плиту альпеншток, но Жук предупредил движение:

— Не трожь.

— Отдайте нам оружие и мы пойдем сами! — сказала Лена.

— Вы обулись? — спросил Жук.

— Да, — ответила Ира.

Он закинул альпеншток далеко в воду. Ира последовала его примеру.

— Там еще неглубоко, нащупаете среди камней, — пояснил Жук.

Игорь с Леной, ругаясь, сняли кроссовки и полезли в воду. Дуремар кивнул на рюкзаки альпинистов:

— Может снаряжение возьмем и пойдем через Николку в Аскольдовку?

— Не, идем как решили, — ответил Жук.

— Мы тоже. С вами до поры до времени, — Пантюхин зашагал, пробуя ботинки. Он ощутимо хромал. Поморщился:

— Больно идти.

— Давайте поторопимся, пока сладкая парочка не нашла свои ледорубы, — Жук закинул свой рюкзак за плечи.

Глава 69

Глава 69

Парк Примакова лежит плоской полосой суши между Днепром и шоссе, что проходит у подножия Печерской горы. На горе Лавра, на горе Ландшафтный парк, на горе стометровая, обшитая стальными листами статуя Родины-Матери, которую уже много десятилетий тому назад поставили на купол-постамент над музеем Великой Отечественной войны. Лицом она обращена к Днепру, в руках держит щит и меч.

Ближе к мосту Метро парк представляет собой совсем узкую лужайку на террасе выше набережной. Приближаясь к другому мосту, Патона, парк расширяется и обрастает деревьями.

Ира, Пантюхин и диггеры не дошли еще до половины парка, где набережная полукругом выступает в реку, а сверху в бассейне стоит ладья со статуями основателей Киева — братья Кий, Хорив, Щек и сестра их Лыбедь.

Иногда кто-то да поднимался по очередной лестнице к верхней террасе, и смотрел. Там тоже была покрытая плитами аллея, граничащая с газоном, где всё чаще зеленели кусты да деревья.

Редкие зомби бродили, заблудившись, в тех кустах, да впереди, у парапета, побольше бродило около ладьи.