Продовольствие и пространство

Продовольствие и пространство

Для большего количества людей требуется больше продовольствия. Исходя из этой очевидной истины, легко предположить, что хорошего обеспечения продовольствием достаточно, чтобы стимулировать рост обществ. Это не так. Вспомните об обезьянах, кричащих вокруг рынков в Нью-Дели. Городские макаки живут за счет плодов (и мяса, и овощей) сельского хозяйства, украденных у уличных торговцев. Хотя относительное изобилие действительно поддерживает более высокую общую численность популяции обезьян, размер городских стай тем не менее остается примерно таким же, как у их собратьев в сельской местности и в чаще леса[874]. Большее число стай размещается настолько тесно, что незанятого пространства не остается. Похожая ситуация наблюдается у аргентинских муравьев, по-прежнему живущих в Аргентине, где колонии, окруженные множеством враждебных соседних колоний, не могут стать очень большими, сколько бы корма у них ни имелось. Те муравьи, что живут в Калифорнии, избежали такого ограничения.

Совершенно ясно, что человечество не оказалось в такой ситуации, как городские обезьяны. Долина Нила стала домом не для тысяч мини-Египтов, а для одного величественного Древнего Египта, давшего жизнь Рамзесу II. При этом по всему земному шару реакцией людей на доступность надежных ресурсов продовольствия, будь то обеспечиваемые за счет земледелия или имеющиеся в изобилии в дикой природе, действительно было создание множества маленьких обществ вместо одного большого. Например, в 1930-х гг., когда чужаки впервые поднялись в горные районы Новой Гвинеи, их уже населяли сотни тысяч людей. Для того чтобы добраться до территории другого оседлого племени, требовалось пройти пешком всего несколько километров. Каждое племя опиралось на продовольственные ресурсы, производимые в их районе и обычно включавшие введенные в культуру растения и одомашненных животных этого острова. Исследователи выявили такую же закономерность в бассейне Амазонки и в других местах. Несмотря на то что культура большинства таких садоводческих племен была менее яркой по сравнению с охотниками-собирателями Тихоокеанского Северо-Запада, они тоже жили в деревнях или, по крайней мере, у них имелось главное строение в качестве убежища (хотя некоторые племена, особенно в районах Африки и Азии, были кочевниками, пасшими стада одомашненных животных). В прошлом лишь крошечное меньшинство таких племенных групп оказались точками перехода к крупным обществам нашего времени. В следующей части нашего путешествия мы разберемся, как были организованы племена и какие особенности позволили этим немногим повысить численность и сложность.