Ассимиляция
Ассимиляция
Остается еще рассмотреть вопрос о том, как взаимодействие между такими соединенными обществами стали перестраивать и перешли от рабства и покорения к взаимовыгодным отношениям, которые больше не требовали применения силы. В результате таких преобразований появились общества, которые, несмотря на любые социальные разногласия, пробуждали преданность, которую демонстрировали члены маленьких обществ в прошлом. Каким-то образом людям пришлось принять чужаков с несовместимой идентичностью, даже несмотря на то, что, как мы видели, отторжение обществ на стадии объединения было таким же сильным, как реакция организма на кожный трансплантат, который не соответствует иммунологическому профилю хозяина. Я рассматриваю успех таких слияний как следствие характерной особенности человека, приспособленной к новой цели: хотя люди не способны взять и сменить одну идентичность на другую, их маркеры и способы их применения всегда должны были оставаться пластичными, чтобы люди могли адаптироваться к постоянным социальным изменениям
Рассказывая о человеческой психологии ранее, я предположил, что данные исследований, касающиеся разных этносов и рас внутри общества, можно экстраполировать на отношение к членам чужих обществ. Но такое умозаключение применимо и к обратному утверждению: комплекс психологических инструментов, сформировавшийся в процессе эволюции у наших предков для взаимодействия с чужими обществами, приспосабливался и перестраивался, чтобы позволить этносам и расам общества сосуществовать. Рассмотрим, как это могло произойти. Люди гордятся своим обществом – знают о его уникальности и отличии их идентичности от таковой у чужаков. Когда племена-завоеватели начали включать тех же самых чужаков в свои общества, те же нейронные сети мозга, что отвечают за распознавание чужих групп и реакцию на них, вероятно, были задействованы, чтобы придать смысл взаимоотношениям между этносами внутри одного общества. Если это описание верно, принадлежность к обществу и этносу или расе во многих отношениях можно приравнять. Тем не менее есть одно важное отличие. Этнические группы стали вкладывать элементы своей идентичности и социальных обязательств в более крупное общество, частью которого они стали. Эти группы до некоторой степени действовали как общества
На этой финальной стадии нашего повествования люди вступили на путь, несколько аналогов которого встречается в природе. Приблизительное соответствие такой сложности – общества внутри одного общества – наблюдается в колоссальных кланах кашалотов, каждый из которых включает сотни социальных единиц-сообществ, состоящих из нескольких взрослых самок и их детенышей. Но это поверхностное сходство. Социальные единицы не отличаются поведением и отношениями власти так, как отличаются этносы. Принадлежность к одному и тому же клану обеспечивает социальным единицам возможность объединяться, чтобы эффективно ловить добычу за счет использования общих методов охоты, и это все. В отличие от кашалотов каждый аспект человеческой жизни пропитан этническими особенностями.