Ноа удивленно поднимает голову, как будто только что понял, что сказал это вслух, а не подумал. Мне очень хочется рассказать ему правду о ШИКе прямо сейчас, но я не могу. Об этом надо говорить, когда он протрезвеет.

– Все у тебя будет хорошо, – обещаю ему я. – Честно. Все скоро наладится.

Ноа качает головой:

– Нет, скоро все станет только хуже, просто ты этого еще не поняла.

У меня по телу пробегает холодок. О чем это он? Я собираюсь продолжить расспрос, но брат поднимается и тут же падает.

– Я отведу тебя домой, – говорит Оскар, прижимая Ноа к себе. – Где ты живешь? Я бы отвез, но я пешком. Ги украл у меня мотоцикл, чтобы я сегодня тоже так не кончил. Мы с утра сильно поругались. – Вот почему он стоял во дворе. Я думаю, не признаться ли, что я слышала часть разговора, но все же сейчас не время.

– Ги? – переспрашивает Ноа, но потом забывает, что он что-то говорил.

– Это близко, – говорю Оскару я. – Спасибо. Я реально благодарна.

Он улыбается:

– Меня можно позвать, забыла? Труп, окровавленный нож.

– «Она сказала, что ты станешь как родная», – говорю я, слишком поздно спохватившись, что не надо было бы. Слишком слащаво.

Но Оскар опять реагирует не так, как я ожидала. На его лице появляется такая искренняя улыбка, какой я еще не видела, и складывается ощущение, что у нее нет ни конца ни края.

– Сказала, и была права.

Оскар с Ноа ковыляют вниз, как связанные, а я тем временем пытаюсь унять электрическую бурю, разыгравшуюся в голове. Сказала, и была права. И вспоминаю, что у него в куртке было мое фото. А на коленях Брук, Джуд, я тебя умоляю. Да, но он только что спас Ноа. И как он сказал: «Ты не представляешь, как мне жаль». И как утром разговаривал с Гильермо. И не сказать ведь, что мы с ним вместе. О боже. Намылить. Смыть. Повторить.

Когда мы выходим на дорогу, Ноа вырывается и уходит вперед. Ковыляет потихоньку, а я присматриваю за ним.

Мы с Оскаром идем рядом. Иногда случайно касаемся друг друга руками. Интересно, он нарочно это делает? А я?

– Знаешь, как я тут оказался? – говорит он на полдороге. – Я был на Пятне. Очень расстроенный, Ги меня серьезно задел. Он умеет словно зеркало к тебе поднести, и то, что я увидел, выглядело довольно страшно. Мне хотелось одного – надраться, прямо вдрызг. И я собирался выпить впервые за 234 дня и 10 часов – тогда у меня был последний срыв. Я высчитывал минуты, смотрел на часы, и тут мимо меня ураганом пролетел дервиш, жутко похожий на тебя, и выбил у меня из рук бутылку джина. Невероятно. Это же был знак, да? Мама? Чудо? Я не знаю. Но мне не удалось обдумать таинственную или даже божественную природу этого явления, поскольку у меня тут же родилось дикое, хоть и неверное предположение, что это ты, и ты убегаешь в лес от какого-то нордического гиганта. Так что кто еще кому сегодня жизнь спас?