Как же воспитать этого человека, если все мысли его заняты исключительно социальным идеалом и решением проблемы его достижения? Волейневолей индустриальная культура вынуждена пойти на то, чтобы выделить из своей среды «общество избранных», отличительной особенностью которого является возможность подняться над социальным идеалом, основать свою жизнь на неких моральных ценностях, которые тем не менее не могут быть сведены к христианским началам. Особенно это заметно на примере «органа культуры» Э. Фромма и «сообщества ученых» Д. Белла, которые должны организовать и направить деятельность всего остального общества (так и хочется сказать – человеческого стада).

Утопизм и тоталитаризм индустриальной культуры заметен здесь совершенно отчетливо, равно как и его сходство с утопиями Платона, Мора, Кампанеллы и др. Впрочем, это не единственные примеры. Практика Римской церкви с ее избранным клиром и папой, протестантские общины в такой же степени имеют «общество избранных» в основе своего мировоззрения, как и постиндустриальная волна. Это обстоятельство позволяет со всей уверенностью говорить об отсутствии какихлибо линейных связей между этими явлениями и сделать вывод о едином типе культуры, антихристианской по своему духу и содержанию.

Где же здесь презюмируемое равенство, какое должна обеспечить демократия? Практика прошедших столетий, включая сегодняшнее время, приводит неопровержимые доказательства того, что ее институты не в состоянии обеспечить реализацию этой идеи, имеют постоянную тенденцию к тоталитаризму и искусственному уравнению всех индивидов в явно коллективистском духе, предоставляя «обществу избранных» понастоящему творить историю. Примеров этого более чем достаточно: деятельность и организация политических партий, практика парламентаризма и т.п.

Решение этой очень острой проблемы приводит теоретиков индустриального общества к таким способам ее разрешения, когда поддержание социального равенства всех граждан – в политическом аспекте – становится возможным при полном разложении общества под влиянием сепаратистских настроений и тенденций.

Оно утрачивает свою целостность во всех проявлениях – политическом, нравственном, культурном, научном и т.п., когда на смену единой совокупности людей, объединенных общей целью и общими нравственными началами, приходит атомистическое общество, разбитое на бесчисленное множество случайных объединений и союзов. Весь мир превращается в гигантскую совокупность мелких союзов, которые договориться друг с другом могут только фрагментарно, по какимто вопросам, но не по существу основ человеческого общежития.