С учётом домашнего хозяйства почти вся сумма уходила на алкоголь. На Лепельщине (Витебская губерния) хозяин средней руки закупал на свадьбу 6 вёдер водки, такая свадьба – «з гукам» – позволяла угостить всех желающих[1199]. В селе Ставок (Пинский уезд) в 1908 г. «в приходе было около 49 свадеб. По этой причине мужики пили около месяца, чуть не до “вырве назад”, как говорится» [1200].
Попытки ограничить продолжительность свадеб успеха не имели. «Гродненские епархиальные ведомости» сообщали, что в одном из приходов молодой священник организовал собрание по ограничению пьянства, на котором было решено, что свадьба должна праздноваться всего два дня. Тем, кто нарушит постановление, придётся заплатить штраф в размере 5 руб. Эту сумму планировалось отдавать священнику в качестве залога при венчании. Прихожане единогласно согласились, но, когда пришло время свадеб, одни не хотели давать денег, ожидая, что кто-то подаст пример, а другие утверждали, что первые не платили[1201].
Традицию угощать водкой на похоронах поддерживали не только крестьяне. В 1913 г. на похоронах помещика Володковича под Радашковичами его сыновья приказали раздавать людям водки «сколько кто хочет». Дело кончилось смертью одного крестьянина, другого едва удалось спасти[1202]. В селе Великие Канюшаны (Лидский уезд) «мужики, хороня умерших, пропивают много денег, как на свадьбе, а думать о враче, чтобы лечить больных, никто не хочет, говорят, дорого будет стоить»[1203]. Крестьянин Никита Хват, бывший работник священника Е.П., ответил на предложение последнего не покупать водку и пиво на похороны матери: «А як батюшкова маты померлы, то кулько горилкы и пыва переносив я от Гривца за три дни? А кулько еще вина брали с погреба?! Правда, дешевша тогды была горилка, а всетаки рублыв на пятьдесят выпили тогды разных напитков. То як-же ж мужыку без горилкы обыйстись?!»[1204].
Подобные мысли высказывает и герой произведения этнографа и публициста А. Пщёлки «Микитовы хаутуры»[1205] Семён, которому священник выговаривает за покупку водки на похороны отца: «Любит наш брат горелку. Да што поделаешь? За гроши нанимать – каждому стыдно суседа хоронить, альбо яму копать… А без горелки горло пересохнеть, и топор из рук вывалицца. Ведомое дело: и сила от горелки приходить… и так в компанействе работа веселей!»[1206].
Употребление алкоголя было частью процесса общения, водку часто употребляли коллективно – на толоке, ярмарках, во время волостных сходов.
Один из лидеров трезвенного движения в Российской империи Д. Булгаковский (1843 – после 1918), долгое время служивший священником на территории Беларуси, в одном из своих докладов сообщал: «Весьма распространён также между духовенством обычай приглашать прихожан в один из праздничных или воскресных дней на так называемую “помочь”: на жниво, покос, молотьбу. Помочан, обыкновенно, священник угощает вином, конечно и сам выпивает при этом случае. Не пить, угощая, не принято»[1207].