– С газиком, – передразнил Тагерт. – С уазиком.

– А мой папа работает пожарным, – произнесла Аля, отвинчивая пробку. – И я все знаю про воду и огонь.

– Как насчет медных труб?

– Вот, например, ты знаешь? Простите, вы знаете, что нельзя называть пожарных пожарниками?

– Почему? Потому что пожарники – это жуки?

– Пожарники – это те, у кого пожар. А пожарные – те, кто его тушит.

Они уже вышли из здания и шагали по Зоологической в направлении метро. Тагерт посмотрел на Алевтину. Она казалась умилительно серьезной, захотелось ее растормошить, чтобы из-под взрослых интонаций снова выглянул ребенок. Он тоже открыл бутылочку с водой и вдруг – даже для самого себя неожиданно – крикнул: «Газики!» – и плеснул воду в небо, так что через мгновение небольшой газированный дождь упал на них обоих. Аля вздрогнула, посмотрела исподлобья на Тагерта и незаметно, как ей казалось, откупорила свою бутылку. Усмехаясь, Тагерт ускорил шаг, а потом перешел на рысь. Струя воды и смех, мешавший набрать скорость, застигли его одновременно. Ткань на плече и слева, на лопатке, промокла насквозь, капли щекотно поползли под рубахой вниз по спине. «Ах так?» Вся вода из бутылочек была изведена на дуэль. Они старались не задеть других прохожих, а потому чаще промахивались. Все же на станцию «Баррикадная» они вошли мокрыми, изнемогающими от хохота. Не преподавателем и студенткой, не режиссером и помрежем – друзьями.

•

Докладывать или не докладывать? Многоэтажный вопрос. И все этажи подземные. Разумеется, Елена Викторовна может решить проблему с пересдачей для министерского сынка за минуту. Да какая проблема? После каждой сессии такого добра приваливает – не то что «удовлетворительно» исправить на «отлично», а, скажем, организовать высший балл для студента-мажора, который в течение семестра вовсе не появлялся в университете, не говоря уж про сам экзамен. Ничего. Надо – значит надо. Решить легко. Но Матросов не просто шишка государственного масштаба. Это Матросов! Тот самый, что хотел подсидеть Водовзводнова. Тот, который перетягивал на свою сторону заведующих кафедрами, тайно ездил в Госкомвуз. По-хорошему, надо звонить Игорю Анисимовичу. Но как звонить? Шеф плох, сейчас волнения ему ни к чему, своей работой она как раз избавляет его от ненужных и вредных забот. Опять-таки, есть ли малейшая вероятность, что заместителю министра откажут? Нет, это невозможно. Будь Матросов частным лицом, без связей, работай он в каком-то менее важном ведомстве, и то пошли бы навстречу. Доложи она сейчас ректору, поставит его в неудобное положение: отказать нельзя, помогать не хочется. Результат тот же самый, а настроение испорчено, возможно, не только настроение, но и самочувствие.