Однако в современном исследовании Б. Р. Рахимзянова была отвергнута версия о переходе Звенигорода Касыму: «Царевичи во время заключительного этапа феодальной войны 1445–1453 гг. попросту не могли находиться в одном месте, так как они поддерживали Василия II и находились там, где более всего нужна была их боевая конница и пешие отряды. Это мог быть как Звенигород, так и другой населенный пункт…» [Рахимзянов 2001: 126–127]. Все же, если допустить вероятность хотя бы временного размещения татар в Звенигороде, становится ясно, насколько малое значение имело то, кто оказывался во главе города с санкции великого князя московского.
Звенигород возник как пригород Москвы в XIV в. В первую очередь город-крепость должен был выполнять оборонную функцию на юго-западных подходах к Москве. Сохраняя это качество и во второй четверти XV в., Звенигород не мог быть оппозиционно настроен к своему главному городу или служить базой для междоусобной борьбы против московского князя. Во время княжеских усобиц Звенигород, как и Коломна и Дмитров, продолжал оставаться неотъемлемой частью собственно Московской земли, поддерживавшей всей своей земщиной московского великого князя Василия II.
Дмитров и волости
Дмитров и волости
В ходе усобиц второй четверти XV в. Дмитров не раз переходил из рук в руки. Дмитровская земля, безусловно, представляла большой интерес для местных князей, но она была исторически связана с Москвой не менее крепко, чем Коломна или Звенигород. Л. В. Черепнин справедливо характеризовал позицию города: «Дмитров не принадлежал к числу городов, выступивших в феодальной войне на стороне Галицких князей» [Черепнин 1966: 113].
Дмитров можно отнести к древнейшим центрам Северо-Восточной Руси. Город был заложен на р. Яхроме в 1154 г. [ПСРЛ, т. XXV: 58]. М. Н. Тихомиров объяснял такое почти одновременное появление Москвы и Дмитрова «строительной деятельностью Юрия Долгорукого по укреплению северо-западных рубежей Залесской земли» [Тихомиров 1956: 410]. Он писал о местоположении города: «Подобно тому, как Москва прикрывала дорогу, шедшую по Москве-реке, а Коснятин – по Нерли, Дмитров заслонял те пути в Суздальскую землю, которые шли по Яхроме и Дубне» [Тихомиров 1973: 172]. Город-крепость был построен на плоском рельефе, в низине, что соответствовало фортификационным требованиям XII в. [Тихомиров 1956: 411; Раппопорт 1961: 176–177].
После монголо-татарского нашествия, возможно в 40-е годы XIII в., было образовано самостоятельное Галицко-Дмитровское княжество[298]. Причины такого объединения В. А. Кучкин находил в тяжелом положении страны: «…именно в первые годы после Батыева нашествия из разоренной Северо-Восточной Руси непросто было выкроить территориально компактные уделы» [Кучкин 1984: 116]. В конце XIII – начале XIV в. Галицко-Дмитровская земля распалась на два отдельных образования – Галицкое и Дмитровское княжества[299]. Однако В. А. Кучкин имел все основания отмечать, что в отношении этих городов «традиции владельческого единства дожили даже до XV в.» [Кучкин 1984: 245–246].