– Я никуда не пойду.

– Уже темно и ничего не видно, а раз не видно, то и бояться нечего. Представь, что ты не в пустыне. Пойдем же! Вылезай!

Но она все не решалась. Тогда я сказала:

– Ты есть будешь? Если будешь, придется выйти.

Наконец, Таня выглянула наружу и посмотрела вокруг большими от страха глазами.

– Не бойся, – позвал ее Мигель. – Здесь же огонь.

– Джерри! – окликнула Таня мужа. Джерри взял ребенка на руки, приобнял жену и тихо сказал ей:

– Пойдем, не бойся.

Только мы сели, как Таня завопила:

– Что вы там жарите? Такое черное… Это что, верблюжатина?!

Все расхохотались, а Идрис бросил на нее сердитый взгляд.

– Это говядина в соевом соусе. Не волнуйся. Вот тебе первый шампур.

Таня взяла протянутый ей шампур с нанизанным на него мясом.

Костер под присмотром Хосе разгорался; пришлось даже соорудить решетку из эвкалиптовых веток, чтобы не опалить бровей.

Кругом стояла тишина, было только слышно, как сок мяса с шипеньем капает на хворост.

– Ешьте, не торопитесь. Будут еще блинчики с яйцом, – сказала я и снова принялась взбивать яйца.

– Сань-мао только дай волю! Она привыкла кормить меня, как на убой, – проговорил Хосе.

– Не оставлять же вас голодными, – засмеялась я и повернулась к Тане. – Ты ешь лук?

Она поспешно замотала головой.

– Хорошо, тогда я сделаю половину салата без лука, а в другую половину положу весь лук.