– Говорила же, не надо подливать бензину! – пробормотала я, запыхавшись. Когда я подбежала к костру, пламя его уже взмывало чуть не до самых небес.

– Попозже, когда огонь утихнет, подкинем сосновых веток.

– Это казуариновая ветка, не сосновая. – Я все никак не могла отдышаться.

– Всего одна ветка?

– Там страшно! Если ты такой смелый, сам иди! – воскликнула я.

– Лучше я схожу. Дай мне топор. – Манолин вышел из позы йога и взял из моих рук топор.

– Не ходи туда! – лениво проговорил Идрис.

– Там в чаще маленький домик, очень странный и страшный. Сходи погляди.

Манолин пошел и вскоре вернулся с целой охапкой веток.

– Там и правда что-то неладное, – сказал он.

– Диких колючек вокруг вполне достаточно, можно больше никуда не ходить, – беззаботно произнес Хосе.

Я взглянула на Манолина. Он украдкой утирал пот. А ведь вечер такой холодный…

– Мигель, помоги мне нанизать мясо на шампуры.

Я села на корточки, разложила шампуры и посмотрела в сторону палатки Джерри и его жены. Внутри горел газовый фонарь, но их было не видно и не слышно.

Вскоре еда была готова. Я взяла миску, в которой взбивала яйца, и, пригнувшись, с тылу подкралась к палатке Джерри.

– Дух пустыни пришел за вами! – внезапно закричала я, стуча вилкой по миске.

– Сань-мао, хватит пугать людей! – раздался из палатки голос Тани.

– Выходите скорей, ужинать пора!

Я заглянула в палатку. Таня сидела на корточках, накинув на себя куртку. Маленькая Изабелла лежала на земле; Джерри наливал в бутылочку молоко.

Таня покачала головой: