– юмор Шредингера.

Но, это в квантовой механике. В общей психопатологии парадокс с кошкой несколько иной. При ясном сознании появившееся в его пределах кошка приказала человеческим голосом мужу, в сознании кого кошка появилась, вынуть сердце у жены, с которой он занимался любовью, и съесть его. Муж без колебаний это сделал. «Мир не изменился, – как пишет по другому, аналогичному поводу, Гоффредо Паризе. – Ни один предмет не исчез и даже не сдвинулся с места. Только человек, который только что стоял передо мной и с которым я разговаривал, а он мне мило улыбался, после того, как я ударил его по голове молотком, лежал и молчал. Да, нечто вокруг изменилось, еще и потому, что из правого уха тоненькой струйкой вытекала у него кровь» («Человек-вещь»).

Рассмотрим наиболее подробно основные феномены, входящие в самосознание, его общую психопатологию. Синдром аутодвойника особенно часто встречается в клинике шубообразоной шизофрении. Входит в бред интерметаморфозы. Часто аутодвойник присутствует и при различных интоксикациях центральной нервной системы, в том числе, как правильно описал Ясперс, при отравлении мескалином. В зависимости от того, является ли преморбидная личность (человек до болезни) аутоидентифицированной – развертываются феномены синдрома Кандинского-Клерамбо (см. выше). Если же преморбидная личность идентифицированная (наличие в структуре сознания alter ego), имеет место бред интерметаморфозы.

Феноменология общей психопатологии аутодвойника нашла отображение в художественной литературе. Особенно – Х1Х-го века. Постараемся привести примеры из разных произведений, иллюстрирующие последовательность развертывания феноменологии общей психопатологии. («кристаллизации» бреда – по Эмилю Крепелину).

Этот процесс «кристаллизации» начинается с ощущения присутствия «постороннего» рядом. (Читай: Албер Камю «Посторонний») Затем присоединяются слуховые и зрительные галлюцинации. Завершается данный процесс деперсонализацией и «выделением» из себя «двойника».

«Вдруг… вдруг он вздрогнул всем телом и невольно отскочил шага на два в сторону. С неизъяснимым беспокойством шагал он, озираясь кругом; но ничего не было, ничего не случилось особенного, а между тем… между тем ему показалось, что кто-то сейчас, сию минуту, стоял около него, рядом с ним, тоже облокотясь на перила набережной, и чудное дело! – даже что-то сказал ему, что-то скоро сказал отрывисто не совсем понятно, но о чем-то весьма к нему близком, до него относящимся». (Ф. М. Достоевский. Двойник. Соб. Соч., т..1. М., 1956, стр. 251).