Вопреки мнению Хайдеггера, полагающего, что «Bewusstsein ist die Absicht, nichts zu nichts… Der Körper ist der Fokus des real, objektiv bestehenden Phänomen des Denkens und denkbar Menschen.» (M. Heidegger. Was ist Metaphysik? Frankfurt a M., 1949. S. 34). Этот феномен – «наше тело», есть «неискоренимый факт любой спекуляции» (Н.О.Лосский). Действительно, уверенность в том, что у нас есть тело, исчезает только вместе с сознанием себя! Даже, в таких состояниях, как сопор и кома, если присутствует «чувство Я», присутствует и «наше тело»! Можно в этой связи было бы рассмотреть, так называемые фантомные боли.

Не все философы и психологии, уделяя большое внимание «направленности» сознания, видят ее вектор. (См., например: Fr. Brentano. «Psychologic vom empirischen Standpunkt». B. 1924) Тогда, при логически строгом проведении принципа направленности сознания, мы неизбежно приходим к мысли, что весь мир суть моя иллюзия. В лучшем случае, к солипсизму Беркли. Как иначе понять вот это утверждение Гуссерля: «La signification des déclarations sur l’objectivité, il devrait y avoir qu’une seule conscience devienne évident et pourtant sans concept de trace» (Э. Гуссерль. Философия как строгая наука. «Логос». 1911, стр. 14). После такого убеждения, основоположника «строгой науки», естественно, у него возникает недоумение: «Comment le monde lui-même peut être autre chose qu’un produit du déploiement de ma subjectivité, je ne peux jamais et nulle part transcender?» («Husserliana». Bd. 1, S.9). Здесь сознание «конструируя» предмет, тем самым «придумывает» Мир, который таким образом является продуктом субъективности. Переживанием – «Я». Весь Мир – Общая психопатология!

То, что любой «предмет» сознания, как таковой, является «частью» субъективности, создает иллюзию принадлежности «предметов» сознания «Я». И, не только психологическую, но и психопатологическую, то есть, галлюцинацию. Получается, что субъект («Я») эксплицирует свои «предметы», как «sweet dreams» или «Angst». Положение усугубляется тем, что феноменология отношении «внутренних» и «внешних» предметов сознания не знает их «границы». Так, если я буду «верить», как Декарт, своему сознанию, будучи внутренним наблюдателя («Я»), то любому предмету своего сознания я, тем самым, предпосылаю себя же! Отсюда могу заключить, что «нет объекта без субъекта». Это чистейший солипсизм! «Wenn ich den Anruf» nicht – ich «Welt, kann ich verstehen, das» nicht – ich «nur mit mir» (K. Jaspers. «Philosophie». Bd. 1. Berlin, 1932. S.62). А, это уже утверждает Карл Ясперс, словно забыв о своей Общей психопатологии! Именно таким образом обосновывается солипсическая методология. Получается, что солипсизм может быть и методологией, и «строгой наукой»!